Я сглатываю ком в горле и озвучиваю вопрос, возникший у меня в голове.

— Так вы двое не спали вместе?

Он сильнее сжимает мою руку.

— Спали.

Я пытаюсь отдернуть руку, но он не отпускает ее.

— Почувствуй, как бьется мое сердце, Несс. Ровно, верно? Спокойно. Я не собираюсь тебе лгать.

— Я не уверена, что хочу знать правду. — Втягиваю в рот дрожащую губу.

— Ты все равно ее получишь. У нас никогда не было романтических отношений. Мы с Элли не спали вместе уже несколько месяцев. И каждый раз, когда это происходило в прошлом, я платил за это. Между нами нет никаких чувств, кроме уважения и дружбы, и это правда.

— Я видела вас, Хейс. Как вы смотрели друг на друга. Ты с любовью убирал волосы с ее лба и держал ее руку под столом...

— Я убрал волосы с ее глаз. А она сжала мою руку под столом, чтобы напомнить мне, что нужно быть внимательным к клиенту, потому что мой мозг витал в облаках, думая о тебе.

— Ты лжешь.

— Сосредоточься, Несс. — Он подходит ближе. Возвышается надо мной. — Мое сердце. Почувствуй его. Закрой глаза и почувствуй его.

Я закрываю глаза, и из уголка моего глаза скатывается слеза.

— То, что ты видела, было профессиональными отношениями двух людей, которые должны казаться романтичными. Мы работаем вместе уже достаточно долго, чтобы продать это, Несс. Я никогда не любил Элли. У нее десятки других мужчин, и я ни разу не ревновал и даже не переживал. — Он сглатывает. — Я люблю тебя. Я всегда был влюблен в тебя.

Я сосредоточилась на биении его сердца. Ровный ритм становится все интенсивнее, но не быстрее.

— Я должен был попросить тебя пойти со мной на ужин. Но он был запланирован до того, как ты снова появилась в моей жизни, и я не думал, что ты захочешь идти со мной на деловую встречу. И мне следовало рассказать тебе об Элли. Это ошибка, о которой я буду долго сожалеть.

Я открываю глаза и понимаю, что мы стали ближе, чем в начале разговора, а его рука скользнула к моей пояснице. Он сказал, что влюблен в меня. Не то чтобы любил, а то, что любит меня.

Он еще не все знает.

Я высвобождаюсь из его объятий и вытираю глаза рукавом свитера.

— Как ты нашел меня здесь?

Он сцепляет руки под бицепсами.

— Я нанял частного детектива.

— И ты проделал весь этот путь из Нью-Йорка, потому что я не отвечала на твои звонки?

— Нет, Джеймс приехал на машине. Я прилетел на самолете.

— В такой шторм? — Это кажется рискованным.

Он смотрит мимо меня и переминается на ногах.

— Не совсем.

— Почему ты приехал сюда?

Хейс направляется к своему портфелю и достает папку.

— У меня есть новости по нашему контрпредложению. — Он кладет папку на стол и открывает ее.

— Ты проделал весь этот путь, чтобы показать мне контракт?

— Ты. Не. Отвечала. На. Мои. Гребаные. Звонки.

Надеюсь, он не видит, как на моих щеках вспыхивает румянец смущения.

Хейс бросает передо мной несколько страниц.

Я щурюсь в тусклом свете, пытаясь прочесть документ.

— Они приняли наше предложение, Несс.

— Они приняли наше предложение, — оцепенело повторяю я, надеясь, что произнесенные вслух слова помогут моему мозгу осмыслить услышанное. Я должна что-то почувствовать. Волнение или... что-то еще, кроме странной отрешенности.

— Если ты все еще заинтересована в продаже, все, что тебе нужно сделать, это подписать. — Он закрывает папку и придвигает ее на пару сантиметров ближе ко мне. — Подумай об этом. У тебя есть тридцать дней на ответ.

Я беру контракт и прижимаю его к груди, словно используя как щит.

— Значит, ты здесь по официальному делу? Как мой юрист?

— Ты этого хочешь, Несс? Чтобы я был только твоим юристом?

Я прочищаю горло.

— Ничего не изменилось. Твоя карьера, твоя семья — все это в Нью-Йорке, а моя жизнь здесь.

Он торжественно кивает.

— А что, если бы все изменилось?

Я уже качаю головой.

— Я не могу уехать из Колорадо. Я останусь здесь, рядом с Хейван. В конце концов, тебе придется вернуться домой, на работу и...

— Нет. — Он придвигается ближе. Отрывает папку от моей груди и кладет ее на стойку, а затем берет мои руки в свои. — Что, если работа больше не будет проблемой, а дом будет ближе, чем Нью-Йорк?

— Ближе? Насколько ближе?

Он пожимает одним большим плечом.

— Около шести километров.

Мои пальцы судорожно сжимаются в его хватке. Сердце бешено колотится о ребра.

— Почти шесть сотен?

— Шесть километров, детка. — Его взгляд темнеет. — Я сказал себе, когда вы с Хейван вернулись в мою жизнь, что ни за что не позволю вам двоим снова уйти от меня.