В это же время на станции

— Шеф, у меня небольшая проблема, — сказал лейтенант Обри, зайдя в кабинет к начальнику службы безопасности станции. — Агент Замухрышка передал информацию, которая, думаю, вас заинтересует.

— Что за агент Замухрышка?

— Забыл, как его зовут по имени. Второй из этой парочки, которого мы завербовали в Черной жемчужине.

— Фил его зовут, но сейчас он Ори, и почему агент Замухрышка?

— Вы же сами приказали придумать ему псевдоним. Вот я и придумал такой.

— Ладно, что за проблема и почему она меня должна заинтересовать?

— Дело в том, что он вскрыл один носитель информации, который случайно попал к нему.

— Что за носитель?

— Он ничего не написал об этом. Упомянул только что этот носитель передал ему второй?

— Отпуск? — и с улыбкой посмотрел, как скривился лейтенант.

— Да.

— И что там? Почему эта информация должна меня заинтересовать?

— Основная информация закодирована, и агент Замухрышка не сумел её вскрыть, но там же находилась запись, сделанная с помощью нейросети агентом Лагот.

— И что на записи?

— Всё, что произошло с Лагот, последний час её жизни. Там серьезные страсти бушевали.

— А вот это действительно интересно. Скинь мне на нейросеть всё, что он прислал. Выходит, что Ори получил эту карту памяти от Отпуска. Значит, Лагот спрятала её или в винтовке, или бронекостюме, а Отпуск нашёл. Не парень, а сплошной талант, всегда думал, что из него будет толк. Жаль он не согласился подписать договор о сотрудничестве, впрочем, ещё ничего не потеряно.

Он просмотрел запись и не поверил своим глазам.

— Видел запись? — спросил у лейтенанта.

— Конечно.

— Не думал, что у неё с Бари была любовь. Она об этом никогда ничего не говорила в своих докладах.

— Вы вроде говорили, что это Бари её прикончил, а это сделал один из наёмников Бари по имени Глиф. Она сама это заявила, когда её нашёл Бари.

— Бари, судя по всему, тоже её любил. Разорвал на ней бронекостюм, перевязал, на руках донёс до броневика. Тогда я так рассчитывал на неё, а она решила замутить с Бари, и как после этого верить агентам?

— А что тогда произошло с этим наёмником по имени Глиф?

— Официально они заявили, что он погиб, но на записи видно, что он выпустил ей обойму в спину, а потом просто исчез. Бари не стал его искать и преследовать, пытался спасти Лагот и довезти её до капсулы.

— Шеф, я одно не понял, зачем она сохранила эту запись и спрятала её от Бари? Он ведь не виноват в её смерти.

— Хотела помочь ему. Сохранила запись специально, уверенная в том, что запись попадет к нам, а Бари тогда не захотел расставаться с её вещами. Мы ведь были уверены, что Бари её прикончил. Он у нас проходил главным подозреваемым, но никаких доказательств против него не собрали. На допросах он молчал и за всё время ни слова не сказал.

— А что стало с этим Глифом?

— Неизвестно. Погиб в песках и погиб, никто это не проверял. Есть у меня подозрение, что Бари, после смерти Лагот, вернулся и нашёл его. Очень уверенно остальные на допросах заявляли о его смерти.

— А почему Глиф так поступил? Зачем он расстрелял Лагот?

— Совершенно непонятно, что между ними произошло. Как я понимаю, он должен был прикрывать Лагот спину, когда они вдвоем обходили дюну, чтобы занять позицию, но вместо этого он разряжает винтовку ей в спину. Возможно, здесь было что-то личное или ему заплатили за это. Может, ревновал её по отношению к Бари. Все эти амуры всегда жутко непредсказуемы и только вредят нашему делу.

— А что в засекреченной части?

— Пока не знаю. Искин заканчивает расшифровку, но вот как ей можно верить после всего этого? Знаешь что, тащи сюда Ори.

— Не могу пока. Утром отправил его на планету. Сегодня по ним проходит судебное заседание.

— Ладно, тогда подождем.

— Что с ним делать после суда?

— Надо будет подумать. Корпораты вряд ли успокоятся. Что-то ценное у них находилось в этом караване.

— Таршал?

— Нет, что-то другое. Больше двух месяцев прошло, а они до сих пор ищут.

— У них новый глава службы собственной безопасности. Вот и старается, роет. Кстати, пятеро подростков из интерната до сих пор не вернулись. Может, они у них?

— А Ардар что утверждает?

— Что они отсутствовали в интернате во время нападения на интернат.

— Так вроде не было никакого нападения с его слов?

— Всё было. К сожалению, записи не получилось восстановить. Искин интерната корпораты уничтожили полностью, но большинство детей независимо друг от друга рассказывают то же самое, что и Ори с Отпуском. Сам понимаешь, что их слова не могут служить доказательствами на суде, но картину происшествия воспроизводят полностью, а воспитателей интерната посетила внезапная эпидемия склероза. Так что нападение было.