– Ну… мама в школе преподает, поэтому она быстро нашла тут новую работу. А папа – инженер-конструктор на заводе тракторных деталей.

– Любопытно. То есть никто в семье в баскетбол не играл?

– Нет. Но когда я в восемь лет пришла в наш местный клуб, поняла, что это мое! – Когда речь заходила о баскетболе, Василиса всегда оживлялась. – Я посмотрела записи почти всех матчей «Голден Стейт Уорриорз» и «Оклахома – Сити», это мои любимые команды! Еще мне очень нравится «Милуоки». Никита говорит, что ему тоже!

Михаил Дмитриевич вздохнул так, словно был готов умереть от скуки. Он обернулся к двери, ведущей на кухню. В этот момент Ангелина Алексеевна вышла оттуда, с трудом удерживая в хрупких руках большой медный поднос, на котором стояли фарфоровый заварочный чайник, сахарница и четыре чашки. Вслед за посудой он принесла конфеты и тарелку с печеньем – кажется, тоже домашним.

Чашки позвякивали о блюдца, когда Ангелина Алексеевна расставляла их на столе, слегка дрожащими руками. Василиса спохватилась и предложила помочь ей, но та, обезоруживающе улыбнувшись, отказалась. Разложив ложки и льняные салфетки, Ангелина Алексеевна несколько раз передвинула их и продолжала поправлять, пока не добилась идеальной симметрии. Она так суетилась, что хотелось остановить ее и спросить, все ли у нее в порядке. В семье Василисы сервировке стола уделяли гораздо меньше внимания. Все просто вместе садились за стол, ели а потом убирали посуду. Никому и в голову бы не пришло думать о том, идеальным ли треугольником свернута салфетка.

Наконец Ангелина Алексеевна перестала мельтешить, села и беззвучно отпила из чашки… И тут Василиса заметила, что на столе нет маминой шарлотки.

– Извините, – растерянно сказала она, – мама там передала к чаю…

– Да-да, дорогая, я видела, – прощебетала Ангелина Алексеевна. – Но Михаил ест только то, что приготовлено мной. Но маме передай нашу благодарность.

– Хорошо, – смутилась Василиса.

Настроение Никиты тоже заметно испортилось, Помрачнев, он угрюмо смотрел в чашку, будто пытался вскипятить чай взглядом.

– Василиса, – подал голос Михаил Дмитриевич, отправляя конфету в рот, – а знала ли ты, что дедушка Никиты тоже был баскетболистом?

– Нет, – ответила она.

– Мой отец и дедушка Никиты, Дмитрий Лебедев, играл в баскетбол еще в Советском Союзе. Позже он стал тренировать команду в Нижнем Новгороде. Можно сказать, я вырос на баскетбольной площадке, – усмехнулся Михаил Дмитриевич. – Отец брал меня с собой на тренировки, пытался научить играть. Получалось у меня скверно, и, когда я стал старше, отец решил, что лучше мне прекратить тренировки и заняться чем-то по-настоящему важным – экономикой. А вот Никиту он тем не менее отдал в «Оникс», хотя я и возражал. Отец считал, что у него большое будущее. И вот сейчас, подводя своего покойного деда, Никита почти забросил баскетбол, стал меньше тренироваться…

У Никиты дернулась щека.

– Пап, не начинай.

– Но это ведь правда, сынок. Тренер говорит, что твои результаты ухудшились. И ты знаешь в чем причина. Тренировок в клубе недостаточно, нужно и самому заниматься.

– Да мы с Васей почти каждый день занимаемся! – возмутился Никита. – И ребята из «Оникса» к нам приходят!

– Ты знаешь о чем я, Никита, – тихо сказал Михаил Дмитриевич, но в его негромком голосе отчетливо слышалась угроза.

– Миша… – Ангелина Алексеевна несмело потянулась к руке мужа, но тот сделал резкое движение.

Она вздрогнула, смутилась и обхватила пальцами чашку. Михаил Дмитриевич начал размеренно постукивать ребром чайной ложки о фарфор.

Все это пугало Василису.

– Ну, раз ты так беспокоишься о том, что я плохо играю, нам с Васей лучше пойти на площадку! – выпалил Никита.

И крепко взяв Василису за руку, потащил ее к выходу.

– Извините… – пробормотала она.

Два часа они с Никитой играли в баскетбол, и это было лучшее время за целый день. Вдвоем они всегда играли до пяти очков – кто быстрее наберет, тот и выигрывает. Цель: защищаясь и одновременно атакуя, не позволить сопернику забросить мяч в кольцо. Обычно игра заканчивались тем, что они без сил валились на резиновое покрытие площадки и хохотали.

Во время игры Василиса краем глаза заметила в одном из окон крупную фигуру: Дмитрий Михайлович наблюдал за ними.

Когда ей настало время уезжать домой, он попрощаться не вышел. Ангелина Алексеевна усадила Василису в машину, позвонила ее родителям и сообщила, что девочка скоро будет. Никита, широко улыбаясь, махал ей вслед, рука матери лежала у него на плече.

Это был первый и последний раз, когда Василиса ездила в гости к Лебедевым.

Поход в боулинг оказался сущим наказанием. Утром они с Ветровой поцапались и настроение было безнадежно испорчено. Даже Петя не смог разрядить обстановку своими бесконечными шутками. В конце концов тот сдался и все свое внимание переключил на Катерину.

Ветрова демонстративно игнорировала Никиту, делая вид, что его не существует. В боулинг она играла так же хорошо, как в баскетбол, и к концу игры оказалась первой в таблице. Никита занял второе место, Петя – третье, а Катерина – четвертое. Во время игры они выпили по стакану такого сладкого лимонада, что аж зубы сводило, и заказали картошку фри. «Обед чемпионов» – усмехнулся про себя Никита.