— Если бы. А что за шутник натыкал такую прорву свечек?

Морти, лаборант, поднял короткую пухлую ручку:

— Ну, меня просто вовремя не остановили.

— Видишь ли, Морти хотелось проверить нашу противопожарную систему…

— На самом деле это тест на работоспособность легких, — сказала Вэл, другая медсестра. — И чтобы пройти его, Тоби, тебе надо задуть их с первого раза.

— А если я не смогу?

— Придется делать тебе интубацию!

— Давай, Тоби! Загадай желание! — распорядилась Модин. — Пусть он будет высоким, смуглым и красивым.

— В моем возрасте лучше довольствоваться маленьким, толстым и богатым.

Охранник Арло пропел тенорком:

— Эй, а у меня есть два из трех названных качеств!

— А еще у тебя есть жена, — одернула его Модин.

— Ну, Тоби! Загадай желание!

— Да, загадывай!

Тоби села перед тортом, остальные четверо столпились вокруг нее, хихикая и толкаясь, словно расшалившиеся дети. Они были ее второй семьей, их роднила не кровь, а годы совместной и очень непростой работы в неотложке. Арло прозвал их ночную смену «Отрядом нянечек». Модин, Вэл и госпожа доктор. И Бог в помощь мужику, который явится к ним с жалобой на урологические проблемы.

«Желание, — подумала Тоби. — Чего я хочу? С чего бы начать?» Она втянула побольше воздуха и дунула. Под взрыв аплодисментов все свечи погасли.

— Отлично! — похвалила Вэл и начала вытаскивать свечки.

Внезапно она взглянула в окно. Все непроизвольно посмотрели туда же.

Полицейская машина, мигая синим маячком, вкатила на парковку.

— У нас клиент, — заметила Модин.

— Что ж, — вздохнула Вэл. — Девушкам пора поработать. А вы, мальчики, глядите, не слопайте весь торт в наше отсутствие.

Арло наклонился к Морти и шепнул:

— Да ладно, девчонки все равно вечно на диете…

Тоби повела подчиненных в холл. Едва женщины подошли к стойке приемной, как автоматические двери отделения неотложной помощи разъехались.

На пороге возник молоденький полицейский.

— Эй, мы тут подобрали одного старикана, он у нас в машине. Слонялся по парку. Не хотите взглянуть на него, дорогие дамы?

Тоби последовала за полицейским на парковку.

— Он ранен?

— Вроде нет. Но явно не в себе. Алкоголь я не унюхал, так что, думаю, это Альцгеймер. Или диабетический шок.

Отлично, подумала Тоби. Полицейский, который возомнил себя врачом.

— Он в сознании?

— Да. Он там, на заднем сиденье.

Полицейский открыл заднюю дверь патрульной машины.

Совершенно голый человек с тонкими ручками и ножками сидел, сжавшись в комок и мотая лысой головой из стороны в сторону. Он что-то бормотал себе под нос, Тоби не смогла разобрать слова. Что-то вроде «пора ложиться спать».

— Нашли его на скамейке в парке, — сообщил второй полицейский, который выглядел еще моложе своего партнера. — Тогда на нем еще было белье, но он снял его в машине. Остальную одежду мы нашли в парке, она на переднем сиденье.

— Хорошо, давайте отвезем его в помещение. — Тоби кивнула Вэл; та уже стояла с креслом на колесах.

— Давай, приятель, — подбодрил мужчину полицейский, — эти милые дамы о тебе позаботятся.

Но тот, еще крепче обхватив себя руками, принялся раскачиваться на своей худосочной попе.

— Не могу найти пижаму…

— Мы дадим вам пижаму, — пообещала Тоби. — Вы пойдете с нами внутрь, сэр. Мы подвезем вас на этом кресле.

Старик медленно повернулся и уставился на нее:

— Но я вас не знаю.

— Я доктор Харпер. Давайте-ка я помогу вам выйти из машины.

Она протянула ему руку.

Он воззрился на ее ладонь так, словно никогда не видел ничего подобного. Но в конце концов тоже потянулся к ней. Тоби обхватила его за талию и помогла вылезти из машины. Ощущение было такое, словно тащишь вязанку хвороста. Вэл подскочила с креслом — очень вовремя, поскольку ноги у мужчины начали подкашиваться. Его усадили в кресло, поместив голые ступни на специальную подставку. Вэл покатила его в приемный покой. Тоби вместе с одним из юных пухлощеких полицейских последовала за ними.

— Что-нибудь о нем известно?

— Нет, мэм. Он ничего нам не сообщил. Но не похоже, что он причинил себе какой-то вред, ничего такого.

— У него есть хоть какое-нибудь удостоверение личности?

— В кармане брюк лежит бумажник.

— Хорошо, нам нужно связаться с кем-нибудь из его ближайших родственников и выяснить, какие у него проблемы со здоровьем.

— Я принесу из машины его вещи.

Тоби прошла в смотровой кабинет.

Модин и Вэл, уже разместившие пациента на каталке, пристегивали его запястья ремнями к боковинам. Он все еще бормотал что-то про свою пижаму и делал неуверенные попытки сесть. Он все еще был голым, если не считать простыни, аккуратно прикрывавшей его бедра. От холода его грудь и руки время от времени покрывались мурашками.