Взметнулась рука. Женщина казалась невысокого роста. Алтея изо всех сил старалась не завидовать ее пышной груди.

— Лотти? — сказал он.

— Она что, барыня какая-то? Похожа на одну из них.

— Она знакома с миром, который может предложить вам больше, чем этот.

— Раз она не смотрит на тебя свысока, милая, отвечай ей тем же, — добавила Джуэл.

— Я не смотрю на нее свысока, Джуэл. Хочу быть похожей на нее. Бьюсь об заклад, она могла бы найти модного парня с глубокими карманами, который повел бы ее к алтарю. Это именно та постоянная должность, которую я ищу. Под богатеньким пареньком.

Алтея ничего не могла с собой поделать. Смеясь, она почувствовала, что ей предстоит беседа с этими женщинами, не похожая ни на одну из тех, что она когда-либо вела в шикарных салонах лондонской элиты.

Он глубоко вздохнул.

— Лотти…

— Все в порядке, — заверила его Алтея. — Барыни тоже об этом мечтают.

Она была в восторге от румянца, который неожиданно окрасил его щеки. Женщины внезапно вскочили со своих стульев и окружили ее. Она подозревала, что они проверяли ее, и она каким-то образом заработала хорошие оценки.

— Дамы, прежде чем мы начнем сегодняшнее занятие, — сказала она, — я бы хотела узнать, чем бы вы хотели заняться, если не удастся оказаться под богатеньким пареньком.

Они начали смеяться и разговаривать одновременно.

— Я оставлю вас, — сказал он ей на ухо, прежде чем выйти из комнаты.

— Дамы, — сказала она, — я никого не услышу, если вы все будете говорить одновременно. Почему бы нам не передвинуть стулья в круг и не узнать друг друга немного получше?

Когда все устроились, Лотти спросила:

— Вам нравится ваша спальня?

Алтея была удивлена, что молодой женщине было не все равно.

— Да, нравится. Я нахожу цвета очень успокаивающими.

Лотти ухмыльнулась.

— На это я и надеялась, когда выбирала обои и покрывало.

— Вы та, кто ее спроектировал?

— Лотти обустроила все комнаты, — сказала Перл.

Она это сделала? Что ж, это было интересно. Это также была возможная альтернатива ее нынешней профессии.

— Эту комнату?

Лотти усмехнулась и пожала плечами.

— Все комнаты.

— Я нахожу гостиную интересным контрастом к этой комнате.

Женщина только моргнула, глядя на нее.

— Почему вы так украсили гостиную?

— О, это было для мужиков. Им нравится видеть непристойные моменты. Заставляет их думать, что они такие же непослушные.

Она слегка наклонилась вперед.

— Если бы это была не приемная в борделе, как бы вы ее украсили?

С таким глубоким нахмуренным лбом она казалась невероятно серьезной, как будто ее спросили, должен ли парламент принять тот или иной законодательный акт.

— Я думаю, в синих и желтых тонах, потому что солнце по утрам проникает в окна.

Алтея могла себе это представить. Женщина была права. Цвета были бы идеальными.

Расспрашивая других дам в течение следующего получаса, она начала понимать их интересы и то, как она могла бы направить их в другое русло. Как только это было установлено, она двинулась дальше.

— Я хотела бы обсудить ваш наряд для этих уроков. Поскольку я стремлюсь научить вас, как быть леди, это могло бы помочь, если бы вы не считали себя человеком, которому удобно раскрываться… настолько сильно. У вас, должно быть, есть подходящая одежда, которую ты надеваете, когда ходите по магазинам.

Все кивнули. Хорошо. Она посоветуем им носить это.

— Есть еще наши прощальные платья, которые Зерь заказал для нас у швеи, — сказала Лили.

— Прощальные платья, которые он заказал для вас?

Она покачала головой.

Лили с энтузиазмом кивнула.

— Для интервью и для отъезда. Он заказал по одному для каждой шлюхи, которая когда-либо здесь работала. Чтобы повесить наши мечты в шкаф, сказал он. Поэтому всякий раз, когда мы открываем его, мы помним, что грядет что-то лучшее.

— Каждой, — она не могла сказать "шлюха", — женщине, которая здесь работала? Были и другие?

— Да. Мы — это те, что остались.

Те, кто нуждался в чуть большей доработке.

— Лотти пробыла здесь дольше всех. Лотти, как ты думаешь, сколько их было?

— Черт возьми, я не знаю. Две дюжины или около того. Я здесь не так долго, как Джуэл. Она наверняка будет знать.

Алтея была ошеломлена, узнав, что их было так много, и все же после их визита на кладбище она поняла его потребность помочь им и хотела сделать все, что в ее силах, чтобы помочь им перейти к другой жизни.