Неизвестно, «кто лучше». Глубокий вдох-выдох, Кензи. Ты — изображаешь леди.

— Мсье Дидье… — обратилась Мун к владельцу по-французски, — принесите еще чаю, будьте добры. Присаживайтесь же, господа, присаживайтесь и рассказывайте.

— Я сгораю от нетерпения! — радостно повторила Дороти, топая ногой и опускаясь обратно на лавку.

Инспектор Дьюхарст поднял брови даже, еще не отряхнув и не сняв плащ.

— Помилуйте… Дама-сыщик, а теперь еще ребенок туда же?..

— Поверьте, я тоже в замешательстве, — развела руками разбитая в прах, но успешно это скрывающая Кензи.

— С той скоростью, с какой дамы обретают права, скоро до них доберутся и дети, — рассмеялся Бейкер.

Он снял кепи и положил на стол: элегантная кружевная скатерть тут же промокла.

Инспектор выразительно посмотрел на мисс Мун. С его плаща все еще стекала на пол лужицей вода.

— Я с Дорой только полтора месяца, — засмеялась и Мун. — Это не моя заслуга.

— Наблюдатель непосвященный подумает как раз, что это ваша заслуга, — сухо отвечал инспектор и пошел наконец к двери повесить плащ. — Дидье, тело со двора забрали. Не осчастливьте новыми.

И задумчивый вернулся к столу.

— Господа, не молчите же! — стукнула Дора кулаком по столу, вероятно, подсознательно следуя манерам отца. — Я знаю, что приватный тон не для всех, но вы — свои люди. Инспектор, вы говорите, роза, коса и девушка? А в газете писали, что их находили отдельно, да? Я не успела полностью прочитать — Кензи не дала.

Кензи Мун подумала, что она недооценила преимущества строгого воспитания. А вслух сказала:

— Дороти, ты можешь мне пообещать, что тетя Матильда не узнает про твое новое увлечение?

— Это, в первую очередь, конечно, твое увлечение, но я же не враг сама себе, — открестилась Дороти.

Кензи прикрыла глаза. Дьюхарст, кажется, развеселился. Бейкер, впрочем, тоже не отставал, разве что ухмылялся не настолько открыто.

— А вы не так уж и плохи, мисс Блер, — подмигнул Дьюхарст Доре.

«Потому что вы с милой рожей отчехвостили Кензи — мне такого таланта не дано», — подумалось воспитательнице словами совершенно непроизносимыми.

— Вы тоже, — очаровательно улыбнулась Дора инспектору.

«Браво, Дора! Один-один».

В целом, может, пусть ребенок послушает?.. Раз он читает газеты — разве уследишь?.. Да и жизнь — штука жестокая, лучше знать, чем нет… При условии, что история не выйдет за стены «Паризьен».

— Рассказывайте все, — тем временем серьезно потребовала Дора, складывая руки в черных кружевных перчатках на столе.

— Юная леди считает, что полиция не справится? — уточнил Колин Дьюхарст.

Конечно, Дороти было не смутить столь жалкой шпилькой, но Кензи Мун поспешила предотвратить ее очередной ответ, за который она будет краснеть:

— Инспектор, признайте, пока вам не особо везло, — пожала она плечами с легкой улыбкой и, взяв печенье из вазочки, покрутила его перед глазами. — И вы боитесь, что «юной леди» повезет больше.

Дьюхарст расхохотался.

— Пари? — невозмутимо подняла бровь Кензи.

— Я напишу об этом статью, — ухватился за столь бредовую идею Вуд.

— Вы забыли — это дело надо скрывать от тетушки Матильды, а она читает «Таймс», — возразила репортеру Кензи, не отводя взгляда от инспектора. — Так как, инспектор?.. Будем вести светскую беседу или наконец обсудим дело?

— Мисс Мун, — по слогам отчеканил инспектор, — я не считаю целесообразным…

— К счастью, им отрезали только косу, и рядом оставляли всего лишь цветы — пока ничего… чересчур неприлично кровавого.

Дороти ерзала от нетерпения и глаза ее бессовестно светились восторгом.

Инспектор крякнул и почесал затылок — какое тут «не кровавое», если это убийство, еще и не одно. Модный «Паризьен» опустел мгновенно. Впрочем, крови не было — это правда, но от того убийство не становится более… детской темой.

— Вы точно гувернантка?

— Притворяюсь ею в свободное время, — состроила мисс Мун самую что ни на есть едкую физиономию.

Вуд остановил дебаты:

— Инспектор, заключено пари, — сказал он. — И пусть я не стану афишировать имена и подробности, но коль леди справятся первыми — а они могут, вы же понимаете… То это дело для первой страницы. Решайтесь. Зачем вам публичный позор? Нам выгоднее работать вместе.

— «Нам», — опять крякнул атакуемый со всех сторон инспектор. — Вы меня и так каждый день с удовольствием позорите.