– Хотя, я против, - закончил недосказанную мысль Морзан, - Нельзя брать незнакомцев в группу за шесть дней до Рейда.

– Понимаю, - кивнула Икара.

– Понимаешь, - согласился Морзан, не сводя с девочки глаз, - Тем не менее решила иначе. Вот и хочу знать: почему?

Почему? Хороший вопрос. Правильный.

– Посмотри на меня, - Морзан дождался, когда большие серые глаза поднялись от стола к лицу, - Почему?

– Они спасли мне жизнь, - негромко произнесла Икара, - Дважды. Тебе этого мало для причины, я знаю, - знала наверняка, - Но они сильные. Сильнее меня. А ты даже со мной справился.

Морзан некоторое время стоял молча. Отвлекся на шорох на полу: белый комок меха вылез из сумки мгновение назад. Теперь изучал незнакомую комнату. Зверек часто был рядом с девчонкой, к нему привыкли и не обращали внимания. Линки большая редкость даже для Высших рас.

– Магнит по притягиванию неприятностей, - вздохнул Морзан, и опустился на табурет.

Помолчал некоторое время. Взглянул на девчонку:

– Знаешь же, что соглашусь.

Качнул головой на робкую улыбку на девичьих губах. Что за недоразумение попалось ему в руки?

Знает.

– Поэтому пришла ко мне, а не к Арджуну, - продолжил Морзан, - И как предлагаешь мне с ним говорить?

– Не знаю, - честно отозвалась Икара, подхватила зверька с пола на руки и показала Морзану, улыбаясь, - Скажи ему, что они звери в бою!

– Сейчас уши оторву, - пообещал Морзан на чужую издевку.

– Не надо!

Икара отпустила зверька и прижала ладонями уши к голове. В силе наемника не сомневалась. Будет больно даже в том случае, если уши останутся при ней.

– Ладно, - наконец сдался Морзан, - Не знаю, чем эти двое тебя подкупили. Скажи, пусть приходят. Посмотрю на их способности, а там решу стоит ли общаться с Арджуном. Договорились?

– Спасибо!

И когда этот ребенок стал меняться? Еще недавно боялась сделать любое неосторожное движение. Морзан помнил, как девчонка рта не раскрывала без крайней на то необходимости. Терялась, путалась. А сейчас плетет интриги за спиной у главы группы. И, хуже всего, сам Морзан ее поддерживает.

– Отец! Ты у себя?

Сидящие за столом одновременно повернули головы к двери. В распахнутую настежь дверь вошла Арса. Мохнатые ушки на голове дернулись и замерли, сама девушка остановилась на пороге.

– Опять ты, - сощурились зеленые глаза, - От тебя отдохнуть можно, или ты его преследуешь? К твоему сведению, сейчас ночь. Даже не обсох после душа!

– Арса, - остановил девушку Морзан, - Оставь.

– Я пойду.

Икара поднялась из-за стола. Подхватила сумку с пола и направилась в коридор. Белоснежный зверек метнулся следом без промедления. Цепкими когтями ухватился за штанину и быстро вскарабкался на плечо.

– Иди, иди, - фыркнула Арса на ухо проходящей мимо девчонке.

– Арса, - вновь одернул дочь Морзан.

– Пусть знает место. И не мешается, - дверь позади закрылась, голос стал едва слышим, - Она всего лишь Жрица. Да ты в любой момент можешь взять в группу нормального Жреца! А не это...

Что «это», Икара не расслышала. Достаточно того, что Морзан согласился встретиться с близнецами. Если те придут в себя до Рейда и смогут пройти проверку, у них большой шанс неплохо заработать. С Арджуном Морзан договорится только в том случае, если сам будет абсолютно уверен в правильности поступка. Жизнь каждого в группе важнее любой просьбы Икары. Но прислушаться к ней можно. Тем более, что мистики - редкая специализация. И на дороге не валяются. В отличие от Жрицы, о которой не так давно упомянула Арса.

* * *

«Опять ты».

Чужая мысль отрезвила. Икара смотрела на заполонивших ущелье тварей и чувствовала, как ее колотит страх и ужас. Ее собственное тело, где бы то не находилось, трясло от эмоций.

Когтистая лапа переломила тощую тварь. Еще одну покрошили острые когти.

Брошенный вбок взгляд. Видно, как от резкого движения хвостом сразу десяток тварей разлетелись в стороны.

Черные. Тощие. С клыкастой пастью вместо лиц. Они несуразно передвигались, предпочитая двигаться на четырех конечностях. Лезли по стенам ущелья, падали вниз.

Ни конца, ни края.

«Уйди!»

Твари ползли по телу. По крыльям. Цеплялись костлявыми пальцами и лезли все выше. К голове. Глазам.

Ком тошноты подкатился к горлу, едва собственный рот разорвал одну тварь. Не проглотил, выплюнул в сторону.

Мир. Еще живой.

«Убирайся, сказал!»

Эмоции рвались наружу от цвета неба. Некогда золотой, он бледнел и окрашивался в серый. Невзрачный. Неприметный. Пустой и холодный.

* * *

Очнулась Икара в темноте. Вся липкая от пота, со стучащими друг о дружку зубами. Холод от мокрого одеяла вынудил откинуть то в сторону. Икара поджала под себя ноги и обхватила колени руками.