– Вик, надо ехать! – напоминает Мир, обхватывая меня за талию.

– Идем. Не скучайте. Тань, а ты слушай Ирину Дмитриевну, хорошо?

Дочь что-то бурчит, но это вряд ли может испортить мое прекрасное настроение. Усаживаемся с Тарутой назад. Улыбаюсь водителю. Тот, по-моему, больше нас рад и все никак не привыкнет, что совсем недавно мы обновили машину. Интересно, что он скажет, если нам придется пересесть на какой-нибудь минивэн? Все же, когда в семье трое детей… М-да. Эко я раскатала губу. Впрочем, с некоторых пор я не боюсь мечтать масштабно.

Привычным между нами жестом Мир берет меня за руку и начинает крутить кольцо. Улыбаюсь, глядя перед собой. Подмигиваю водителю. Все у меня хорошо. Нет… Прекрасно. Для всех мы с Миром – семья. Единственная, которая у него была. Я даже не знаю, вспоминает ли кто-то из нашего близкого круга о Лене. Вполне возможно, о ней давным-давно забыли и думать. И лишь я нет-нет да и вспоминаю и ее, и то непростое для всех нас время.

– Я открою окно?

– Не боишься, что прическа испортится?

– Не-а. Душно.

– Ну, давай.

Стекло опускается вниз, в салон проникает хлесткий порыв ветра. Шелк платья льнет к телу, заставляя Мира облизывать меня голодными взглядами, которые никак не вяжутся с пустяковыми темами нашего разговора.

Укладываю голову мужу на плечо. На самом деле у нас не очень много времени, чтобы побыть вместе, а оно так быстро уходит… С каждым годом все быстрее и быстрее. Оттого так горько осознавать, что мы десять лет упустили. Будто чувствуя мою негаданную тоску, Мир успокаивающе прижимается губами к виску.

– Люблю вас.

С благодарностью трусь о его скулу носом.

– Я вас тоже.

Чувства до предела обострены. На росписи, куда мы все же умудряемся не опоздать, я едва не плачу, хотя даже толком не знаю брачующихся. Мир смотрит на меня с удивлением и въедливой пристальностью. В нашем случае не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, чем она вызвана.

Церемония заканчивается, гости медленно перетекают к накрытым в шатре столам, когда мы едва не сталкиваемся с… Леной. А я как чувствовала – весь день её вспоминала. Всех сил стоит не повернуться в этот момент к Миру. Вроде знаю, что это все в прошлом, но… Все равно что-то не дает отпустить.

– Шампанского?

Перед нами материализуется официант с подносом наполненных искрящимся игристым бокалов. Я немного торможу.

– Вик?

– Э-э-э… Нет, я пас.

Брови Мира взлетают вверх. Взгляд, который по моим глупым прикидкам должен быть, какого-то черта, приклеен к Лене, сосредоточен на мне, и в нем… Столько всего. Надежда, вопрос, давящая сила, ощущая которую, так просто решиться на любое безумие.

– А вот ты выпей, – улыбаюсь. – Тебе не помешает.

Не отрывая от меня взгляда, Мир берет бокал.

– Есть повод?

– Кроме свадьбы? – интересуюсь я в притворном изумлении.

– Вика…

– Так вы позволите пройти? – встревает в наш диалог Лена, о которой мы благополучно забыли.

– Ой, Лен, привет. Да, конечно. – Тарута отступает, утягивая меня с дорожки на газон. Некоторое время смотрю на него. Жду – обернется ей вслед или нет. Лена этого явно тоже ждет, вон как вышагивает… Я и в нормальном состоянии так не могу, а уж беременной и вовсе хожу как утка. По крайней мере, с Танюшкой было именно так.

Не оборачивается. Даже бровью не ведет.

А я все смотрю и смотрю, и в какой-то момент понимаю, что не только наши близкие забыли о Лене. Сам Мир давно перевернул ту страницу жизни. Почему-то осознание этого становится шоком. Хотя, ну правда… У нас столько лет все хорошо, и семья, и любовь вроде бы, и секс такой, что непонятно, как мы еще не сожгли наш дом, и Танюшка… Видно, то, как мы сошлись, все же оставило во мне намного более глубокий след, чем я готова была признать. Зато теперь… Господи, как легко, а! Как мне чертовски легко…

– Ну, так что, Вик? Получилось?

Мир стучит по карманам, достает сигареты и нервно постукивает о бедро пачкой. После рождения Тани он ни разу не обмолвился, что мы можем использовать оставшиеся эмбрионы. Этот вопрос пришлось поднять мне, и до сих пор я не была уверена, что Мир действительно хочет повторить тот опыт еще раз. Мой невозможный мужчина в очередной раз меня удивляет.

– Ну-у-у… Тест положительный.

– А молчала чего?

– Не была уверена, что тебе это действительно надо, – сознаюсь, прикусив щеку.