— Моя сестра тоже очень недовольна, что я, кандидат психологических наук, причем с хорошей и вполне цивильной работой, имею дело с полицией.

— Так вы психолог? — изумился Гаврюшин.

— Совершенно верно.

— Ну надо же… Мне ведь сказали, что прилетает очень важный эксперт…

— Вы разочарованы? — спросил Казик.

— Никак нет! — опомнился старлей. Разочароваться он еще не успел, но удивился сразу, как только увидел этого большеносого вихрастого толстяка, которого совершенно невозможно было представить в мундире. — У меня приказ вам помогать! — отчеканил он. — И я…

— Вы должны мне изложить план действий, — напомнил Казик.

— Так точно! — явно обрадовался возможности ловко выскользнуть из неловкой ситуации Гаврюшин. — Значит, прежде всего мы с вами пройдем в бюро пропусков. Это рядом, где проходная в производственную зону. Там вас сотрудник САБа, то есть Службы авиационной безопасности, сфотографирует и выдаст вот такой пропуск. — Он извлек из кармана пластиковую карточку со своей фотографией, фамилией, именем и отчеством, какими-то цифрами и знаками. — Это электронный пропуск. Тут на разных входах аппараты специальные стоят, будете к ним пропуск прикладывать и проходить, куда надо.

— А разве охранников на ваших проходных нет? — Казик покосился на двух женщин в форме САБа, стоящих у входа в VIP-зал около рамки металлоискателя.

— Есть, — сказал Гаврюшин. — Но люди — живые, поэтому не слишком надежные. А техника не устанет, не отвлечется, не схалтурит…

— Но она может сломаться.

— Поэтому к ней люди приставлены. Все друг друга страхуют, — веско изрек старлей и вдруг воскликнул: — Вот и ваш багаж доставили!

Из глубин зала показалась девушка с чемоданом. Гаврюшин перехватил чемодан за ручку и, не дав Казику даже прикоснуться к собственному добру, покатил чемодан к выходу. Аркадий Михайлович засеменил следом.

Бюро пропусков действительно находилось поблизости — в небольшом павильоне рядом с огромными широченными воротами, которые открывали путь на большую (глазом не окинешь) территорию, огороженную забором с остроконечными прутьями.

— Там производственная зона, — пояснил Гаврюшин. — Пешком обходить — ноги сотрешь. А вот это, — он показал через забор на стоящие поблизости от ворот два одинаковые двухэтажные здания, — наше ЛОВД и САБ. Соседствуем, так сказать.

Женщина в бюро пропусков пощелкала клавишами компьютера, произнесла сухо:

— Казик Аркадий Михайлович. Есть соответствующее распоряжение. — Потом вдруг с некоторым недоумением приподняла брови и добавила: — С литерой «А».

— Верно, — подтвердил Гаврюшин.

— Вы, Аркадий Михайлович, пожалуйста, сядьте вот сюда, я вас сфотографирую, — произнесла женщина уже не сухо, а с неким проблеском любезности. — Смотрите прямо… голову чуть левее… хорошо… А теперь прошу ваш паспорт… Подождите, пожалуйста, несколько минут в коридоре, там есть стулья, я сделаю пропуск.

— А что такое литера «А»? — понизив голос, заинтригованно спросил Казик и оглядел пустой коридор.

— Это «вездеход», — тоже понизил голос старлей. — Это значит, вы можете со своим пропуском проходить везде, в любое время, даже в помещение аэронавигации и на перрон через пограничный контроль, ну то есть, считайте, через границу туда-сюда запросто можете ходить. У меня, например, такого пропуска нет. Такой пропуск требует особых согласований, в том числе с ФСБ. Полковник Купревич, видать, очень большой человек, смог так быстро вам «вездеход» организовать.

— А зачем мне аэронавигация? Это ведь там сидят авиадиспетчеры? — проявил осведомленность (впрочем, всего лишь теоретическую, где-то вычитанную) Казик.

Гаврюшин неопределенно пожал плечами:

— Ну, мало ли…

Через несколько минут женщина вынесла пластиковую карточку на плотной синей ленте со словами:

— Вам лучше на шею повесить. И удобно, и всегда под рукой, и не потеряете.

Аркадий Михайлович повертел в руках свой электронный пропуск с красной буквой «А» в верхнем углу и набросил на шею ленту.

— Моя любимая погода! — сладко вздохнул Гаврюшин, когда они вышли на улицу. — Начало сентября… золотая осень… Сейчас бы по лесу гулять…

— А вы вынуждены гулять со мной. — Казик посмотрел на желто-красно-зеленый лесок, который тянулся вдоль одной стороны дороги из аэропорта.

— Ну чего уж вынужден… — смутился Гаврюшин. — Мне, между прочим, не приказали, а предложили. Дескать, прилетит эксперт, надо ему помогать, ну и все такое прочее. А мне интересно. Мне вообще новые люди интересны. Особенно если эксперты. Я, правда, не знал, что вы, оказывается, психолог.