– Она сказала Вас накормить, значит, садитесь и не разговаривайте.

– Я ненадолго, – счёл нужным через некоторое время пояснить Олег, но Анна, уже вышедшая из комнаты, возмутилась:

– Как это ненадолго? А кто будет гулять с ребёнком!?

– Я, то есть…, я не это хотел сказать, то есть, – совсем засмущался Олег.

– Я так и подумала, – сказала Анна, перейдя на «ты», – Будешь гулять с ним каждый день два часа – это и будет плата за проживание. Если захочешь, можешь попутно прогулять и меня.

Олег, отвечая на вопрос, даже привстал со стула, а теперь сел, обречённо думая, что влип в какую-то историю, ему пока совсем непонятную, но плата за проживание его воодушевила, он ответил:

– Такой договор меня устраивает, – и спросил:

– А муж?

– Его пока нет дома, значит, пока ты и будешь временно мужем без выполнения супружеских обязанностей. Что-то приколотить и приладить, у нас такая работа в доме имеется, в свободное время этим можно заниматься. У тебя бывает свободное время?

– Иногда бывает. Я приехал утрясти некоторые дела, закончу с ними и освобожу вам жилплощадь.

– Ну, утрясай… Мы мешать не будем. С ребёнком я могу погулять и сама.

Олег глядел на Анну не в силах отвести взгляд. Она вышла наряженная, какая-то свежая и румяная. «С неё бы писать картины!» – подумал он, а ещё: «Знает ли она о своей красоте?»

– Когда покушаешь, оставь всё, я приберу. Потом можешь заниматься своими делами, – промолвила Анна.

– Сегодня дел у меня нет.

– Дела, если нужны, мы найдём, но сначала отдохни и осмотри ближайшие окрестности. Спать будешь в большой комнате на диване, мама в детской, а я на печке, как в детстве.

– Может, я на печке?

– Нет, упадёшь с печки, что я потом буду делать с инвалидом? Выплачивать страховку?

Встав из-за стола, Олег сказал:

– Определите мне работу, буду отрабатывать проживание.

В этот вечер работа Олега не покидала. Оказалось, что объектов, где требовались мужские руки, очень много. Он попросил рабочую куртку, если таковая в доме найдётся.

– А штаны у меня есть, джинсы, в портфеле, – сказал он. Ему дали и куртку, и штаны, и допотопный инструмент, который явно выглядел не инструментом хозяина, а скорее хозяйки. Пришлось сначала затачивать ножи, топор, отвёртки; выпрямлять имеющиеся, бывшие в употреблении, гвозди, а уже потом заниматься непосредственно работой.

За работой его и застал зашедший в калитку мужчина. Он поздоровался и пошёл в дом, но зайти не успел, на крыльцо вышла Аня:

– У нас все дома, – сказала она, – Зачем пришёл?

А ещё она подумала, что быстро же слух дошёл до любимого, раз он так, как ретивый конь, примчался.

– Я к тебе, что и в дом не пустишь?

– Сейчас не пущу. Твоё место занято, свободная должность мужа тоже, а гостей мы сейчас не ждём, много работы. Если у тебя дело какое, говори здесь.

– Хотел повидаться.

– Повидался, посмотрел и иди, не мешай работать. Сейчас и в самом деле не до тебя, приводим хозяйство в порядок.

– А завтра?

– А завтра я тоже буду занята. Мы с Олегом пойдём гулять, а потом опять будем работать.

– Кто такой Олег?

– А тебе не всё равно. Кто бы он ни был, он мне помогает по хозяйству и здесь живёт, а сейчас я пойду его кормить, в общем, я занята. Если у тебя больше нет вопросов, оставь нас в покое.

Во время их разговора Олег повернулся к ним спиной и делал вид, что чужие дела его не интересуют. Сейчас он перекалывал большие поленья дров на маленькие, удобные для топки печи. Эта работа на редкость хорошо у него получалась, как будто он всю жизнь занимался колкой дров.

Анна сошла с крыльца и проводила Фёдора до калитки.

– Так я потом зайду? – спросил он, прощаясь.

– Нет, не заходи, у нас много дел. Проведал, посмотрел и иди. Мне и в самом деле надо заниматься делами.

Анна повернулась и, не оглядываясь, пошла от калитки прочь.

– Олег, хватит работать, пойдём ужинать, – на ходу сказала она своему работнику.

Ужин прошёл почти в полном молчании. Уставшего Олега клонило в сон и разговаривать ему не хотелось, а женщины тактично не донимали его вопросами.