– Среди книг о сказаниях, – заметила Яшмовая дева, – есть и хорошие, но немало и таких, в которых так и пестрит от избитых выражений вроде «прилив крови к сердцу». Если вы станете доискиваться, откуда это выражение взято и что оно значит, то так и не узнаете, как происходит «прилив», потому что во всех случаях это выражение окажется откуда-то заимствованным. Кстати, только что наш хозяин Красное дитятко предложил богине Цветов, в случае если у нее в мире людей встретятся трудности, позвать кого-либо из нас по имени, чтобы тот пришел ей на помощь. Боюсь, что он оговорился. Ведь когда богиня Цветов перевоплотится, разве она сможет помнить о том, что было в ее прошлой жизни? Если же она сможет называть нас по именам, тогда чем же она будет отличаться от нас, небожительниц? А если ничем, то разве она сама не сумеет избавиться от трудностей? Зачем ей тогда нужно будет призывать нас на помощь? Тут получается что-то непонятное.

– Тьфу ты! – воскликнул хозяин Красное дитятко. – Это я действительно оговорился! В таком случае, если у ста фей Цветов в мире людей встретятся какие-либо невзгоды, то тот из нас, собравшихся здесь сегодня богов и небожителей, кто по своему положению и рангу сможет выручить их из той или иной беды, пусть немедленно сам отправится их спасать. Если при этом ему будет нужна помощь кого-нибудь еще, он сам немедленно известит это божество и они отправятся вместе. Нам всем совершенно необходимо все время быть в готовности: ведь дело-то нешуточное – речь идет о судьбах наших фей. Поэтому если кто-нибудь из нас из лени или по нерадению не окажет им помощи, то пусть его тоже низвергнут в мир суеты!

Это предложение Красного дитятки тоже вызвало много замечаний.

Тут Синяя и Яшмовая девы поднесли богине Цветов по чарке вина. Когда всех гостей обнесли вином по нескольку раз, властители Зверей, Птиц, Панцирных и Чешуйчатых обратились к богине Цветов с такими словами:

– Итак, вы скоро покинете нас, а у нас нет ничего, чтобы подарить вам на прощание. Мы можем лишь поднести вам этот чудесный гриб. Он появился на свет в славные времена Небесного царя [156] , и вот уже в течение двух миллионов лет он вбирал в себя все лучшее от своих предков, впитывал в себя сияние солнца и луны. Поэтому всякий, как небожитель, так и простой смертный, вкусивший его, станет долговечным, как небо. Просим снисходительно принять от нас этот скромный знак нашего внимания.

Богиня Цветов только собралась было благодарить их, как к ней подошли богини Трав, Плодов, Злаков, Сюаньнюй, Ткачиха и Магу.

– На одном пустынном острове среди морей, в глухих горах, – сказали они, – мы случайно нашли эту чудесную траву и вручаем ее вам как наш прощальный подарок. Так как эта трава появилась в начале сотворения мира, она за долгое время своего существования обрела чудесное свойство девятикратно переплавленной киновари [157] и является редчайшим сокровищем. Как только небожитель или простой смертный вкусит ее, он не только сможет воскрешать мертвых, но и сам будет жить, пока существует небо. Мы просим вас соблаговолить принять этот ничтожный прощальный дар, который в какой-то мере выражает наше уважение к вам.

Богиня Цветов поспешно поблагодарила всех присутствующих небожителей и, с поклоном приняв эти дары, передала их на хранение богине Трав, с тем чтобы использовать их после возвращения фей к божественному состоянию.

– Эти два волшебных снадобья не уступают золотым пилюлям бессмертия, – сказала Синяя дева. – Пусть богиня Трав бережно хранит их и не вздумает сама принять их тайком! Я, право, боюсь, что когда они понадобятся богине Цветов на земле и она позовет вас и попросит дать ей эти снадобья, хоть тогда у вас и начнется «прилив крови к сердцу», но поскольку ваши руки будут пустыми и вы не сможете ничего ей дать, то у вас зря будет «приливать кровь к сердцу», а у богини Цветов на грешной земле от ожидания и волнения, пожалуй, тоже начнет «приливать кровь к сердцу»!

Эти слова все собравшиеся встретили дружным хохотом.

Прощальный пир богов еще не окончился, а для некоторых небожительниц наступил уже срок спускаться в мир людей, и они одна за другой в назначенные для них годы и месяцы отправились перевоплощаться. Богиня Цветов очутилась в области Линнани, в уезде Хэюань [158] , в семье сюцая [159] Тан, воплотившись в его дочери.

О том, что произошло дальше, будет рассказано в последующих главах.

Итак, обратимся к нашему рассказу. Жил некий сюцай, по фамилии Тан, по имени Ао, по прозвищу И-тин. Родом он был из уезда Хэюань, что в области Хайфэн [160] округа Сюньчжоу [161] в Линнани. Жена его давно умерла, и он женился вторично на девушке из рода Линь. Младший его брат, Тан Минь, тоже один из ученых этой области, был женат на некой Ши. Таким образом, вся семья Танов состояла из четырех человек. Не было над ними ни отца, ни матери. К счастью, от предков им досталось несколько цин [162] хорошей земли, так что на жизнь вполне хватало.

Получив степень сюцая, Тан Минь решил не гнаться за славой и почестями и занялся преподаванием.

Тан Ао, хотя и не прочь был прославиться, но по природе своей любил странствовать и чуть ли не по шесть месяцев в каждом году разъезжал по разным местам. Конечно, это отвлекало его от занятий. В результате он все оставался сюцаем, хотя и держал экзамены [163] несколько раз.

Дело было в том году, когда жена Тан Ао, госпожа Линь, как раз под Новый год родила дочь. Перед родами странные ароматы наполнили комнату; это не были запахи камфары и мускуса, не было это и запахом сандалового дерева; казалось, что пахнет цветами и в то же время как будто и не совсем цветами; на протяжении трех дней запахи все время менялись, так что в конце концов их стала уже целая сотня, и все соседи стали говорить об этом как о чуде. Поэтому и начали называть это место «Перекрестком сотни ароматов».