— Не колдунство, а продвинутое применение системных навыков! — важно ответил я, хотя сам каждый раз радовался как ребёнок, когда получалось.

С крышами было особенно весело. Сначала собирали конструкцию на земле, потом поднимали всей толпой — благо сила позволяла. Я активировал фортификатор, и крыша буквально прирастала к стенам.

— Слушай, — задумчиво произнёс Михалыч, наблюдая за процессом, — а ты в своём мире случайно не в строительстве работал?

— Неа, — я покачал головой, соединяя очередной угол. — Просто талант!

— Талант он называет способность собирать дома как конструктор лего, — фыркнула проходящая мимо Кира.

— А что такое лего? — заинтересовался кто-то из местных.

— Это… — я замялся. — Это такие кубики, из которых можно собрать что угодно. Примерно как мы сейчас, только в миниатюре.

— А-а-а, — протянул мужик с таким видом, будто всё понял, хотя по лицу было видно — не очень.

Внутреннюю отделку делали уже более индивидуально. Кто-то захотел перегородку здесь, кто-то — дополнительное окно там. Фортификатор справлялся со всем на ура.

— Слушай, — подошла ко мне Кира, когда я заканчивал с очередной перепланировкой, — а ведь это всё здорово, но…

— Что?

— Ну, дома мы построили, а как их защищать будем? Мобы второй волны не очень сильные, но если придёт стая…

Она была права. Нужна была защита. И тут меня осенило:

— А что если сделать защитные стены? Не по периметру, а…

— В шахматном порядке! — подхватила она. — Чтобы разбивать стаи на мелкие группы!

— Именно! — я уже прикидывал расположение. — Метров тридцать от границы деревни, с проходами, но…

— Чтобы эти проходы не совпадали! — снова закончила она мою мысль. — И тогда любая группа мобов будет вынуждена…

— Разделиться и огибать препятствия!

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. Кто-то из мужиков покрутил пальцем у виска:

— Точно чокнутые. Даже думают одинаково.

Но идея всем понравилась. Работа закипела с новой силой. Благо материала хватало — мы же не все дома из посёлка перевезли.

Стены ставили по особой схеме — я создавал их фортификатором прямо из земли, усиливал, а потом ещё и текстуру делал неровной, чтобы мобам было сложнее перелезать.

— А давайте сверху ещё колючек наделаем! — предложил кто-то.

— Ага, и таблички повесим: «Осторожно, злая деревня!» — поддержал другой.

— И череп с костями нарисуем!

— Может, сразу ров с крокодилами выкопаем?

Шутки шутками, но работа спорилась. К концу дня у нас была целая система защитных стен — массивных, неприступных и, что важно, расположенных так, чтобы максимально затруднить массовую атаку.

— Знаешь, что самое смешное? — сказала Кира, когда мы осматривали результат. — Это же практически лабиринт получился.

— Ага, — кивнул я. — Только вместо сыра в конце — злые деревенские с топорами.

Потом взялись за обновление основной изгороди. Тут я развернулся по полной — фортификатор творил чудеса, превращая обычный забор в настоящую крепостную стену.

— Эй, полегче! — окликнул меня Михалыч. — Ты нам тут Кремль не строй!

— А что такого? — я невинно хлопнул глазами. — Может, у нас тут будет новая столица!

— Ага, — кивнул кто-то. — «Город-герой Лесной». Или «Первопроходск». Или…

— «Артёмовск»! — выкрикнул другой, и все расхохотались.

— Вот только давайте без этого, — я погрозил кулаком. — А то запишу всех в штакетины!

— В кого? — не понял Михалыч.

— Это местный мем, — объяснила Кира. — Связанный с одним… интересным вечером.

— И не напоминай! — простонал я.

К концу работ фортификатор неожиданно прибавил четыре пункта. Видимо, Система оценила креативный подход к использованию навыка.

Когда всё было закончено, деревня стала выглядеть совсем иначе — больше домов, мощная защита, продуманная система обороны. Настоящая крепость посреди леса.

— Ну что, — я обвёл взглядом результат нашей работы, — теперь можно и о прокачке подумать. Как считаете, готовы к походу в данж?

— В куда? — переспросил кто-то.

— В подземелье, — перевёл я на более понятный язык. — Там, где я начинал свой путь в этом мире.

— А оно точно безопасное? — с сомнением спросил другой.

— Конечно! — я широко улыбнулся. — Ну, почти. В смысле, я же выжил! Правда, еле-еле…

— Обнадёжил, называется, — проворчал Михалыч, но в его глазах плясали искорки интереса.