Мама, работая в мэрии города, скопила много денег, поэтому у меня есть небольшие сбережения. Но я не хочу их трогать и тем более тратить на дорогой колледж. После школы я закончила муниципальный колледж и получила степень по гуманитарным наукам. Потом я работала то тут, то там, пока не определилась, что хочу посвятить жизнь обучению детей с ограниченными физическими и умственными способностями. Но после смерти мамы я решила, что до тех пор, пока не смогу накопить достаточно денег и сосредоточиться на учебе, в аспирантуру не идти.

— Мы идем куда-нибудь сегодня вечером? — спросила Соня.

Она была непоседлива и выходила практически каждый вечер куда-нибудь, даже если просто выпить кофе в Норт Энде. Я домоседка, и была рада оставаться дома и смотреть фильмы почти все вечера.

— Ты что-то придумала? — спросила я, хорошо зная, что, наверно, все равно останусь дома.

— Я думаю позвонить Тому и узнать, не хочет ли он встретиться с нами где-нибудь и, может, купить немного канноли в кондитерской Майка. Они божественны.

Соня любила сладости, а Том был парнем, в которого она влюбилась недавно. Он жил по соседству. Они встретились, пока он выгуливал собаку, а Соня выносила мусор, обменялись номерами и однажды встретились за кофе.

— Тебе следует пойти, но, думаю, я останусь дома. — сказала я, снимая бежевые угги.

— Ну смотри сама, детка. Ты же не собираешься звонить Нейту, пока меня не будет, а? — Соня подняла бровь.

— Конечно, нет.

По правде говоря, я не была так уверена в этом. Я не собиралась возвращаться к нему, но мне было любопытно, как у него дела. Когда я съехала из нашей квартиры, он был очень расстроен и звонил мне каждый день в течение двух недель. Я, конечно, понимала: то, что он сделал, непростительно, но я также знаю, что, если бы он не был пьян, этого бы не случилось. Нейт никогда не поднимал на меня руку, будучи трезвым. Мне просто не понравилось, как мы расстались, фактически я бросила его, и теперь борюсь с чувством вины.

— Хорошо, я приму душ, — сказала Соня и вышла из комнаты.

Я рухнула на огромный зеленый диван, закрыла глаза и подумала о голубоглазом красавце и запахе его одеколона. Мне было интересно, кто он, как его зовут и что он делает сейчас.

Глава 4

Седрик

Остаток недели пролетел незаметно. Я съездил по делам в наш Нью-Йоркский офис, вернулся, и в пятницу вечером встретился с Карин за ужином. В итальянском ресторане, который она выбрала, было темно и шумно, и мне просто хотелось свалить к черту отсюда и поехать домой.

— Ты кажешься каким-то отстраненным сегодня вечером. Все в порядке? — спросила меня Карин, расправляя салфетку и внимательно изучая меню напитков.

— Просто была напряженная неделя, детка. Все отлично.

По правде говоря, необходимость снова увидеть Эллисон разъедала меня, и с каждым днем становилось только хуже.

— Чем ты хочешь заняться в эти выходные? – спросила Карин, прежде чем ее прервала официантка, которая пришла принять наш заказ.

— Я возьму «Маргариту». А ты, Седрик?

— Хм… драфтовый «Сэм Адамс». Спасибо.

Я надеялся, что пиво притупит беспокойство, которое одолевало меня всю неделю, но, наверное, лучше бы мне подошло что-то покрепче.

— Итак, чем ты хочешь заняться в выходные? — повторила Карин.

— Я надеялся, что у тебя уже есть план. Сегодня я не чувствую себя компетентным в этом вопросе, — сказал я, бросая меню.

— На самом деле, я надеялась, что мы сможем поехать в Бримфилд на антикварную ярмарку. Я слышала много хорошего. Это всего в полутора часах езды, - просияла Карин.

— Эм. Окей, звучит неплохо.

На самом деле, антиквариат мне не был нужен, но, возможно, было бы полезно выбраться из города, очистить голову и решить, каким будет мой следующий шаг в отношении Эллисон.

***

Субботняя поездка была достаточно приятной. Бримфилд – живописный сельский городок в западной части штата Массачусетс, и чтобы добраться туда, потребовалось около двух часов. Стоял свежий осенний день и прекрасная погода, хотя и приходилось терпеливо бродить вокруг в поисках бесполезного хлама других людей.

— Посмотри на эту пашмину! — Карин взвизгнула, подняв омерзительный розовый кусок ткани.

Она достала пачку наличных и заплатила за шарф, который «ей просто был необходим», наряду с ещё примерно двадцатью другими предметами, которые я таскал с собой в неудобной женской сумке «Веры Брэдли», пока Карин бегала впереди меня к разным продавцам.

«О, да, сегодня я чувствую себя чертовски мужественно».

В какой-то момент я потерял Карин и оказался у лотка восьмидесятилетней на вид женщины, которая продавала серебряные и золотые кольца и ожерелья.