– И ты предполагаешь, что он имел в виду Флоренс, потому что?..

Тот же самый вопрос я задавала себе со вчерашнего дня раз сто. Или больше.

– Потому что у меня есть ровно два друга. И если это не Флоренс, то... Ты ничего не хочешь мне рассказать?

– Хороший аргумент, – согласилась Тиш.

Я почесала висок. Я спала урывками, в голове была полная каша из-за насмешливых слов Конора Харкнесса, из-за белого вина, что пила, из-за того, как Эли подошел ко мне сзади, чтобы помешать ризотто, и положил подбородок мне на голову. Уже под утро, как раз перед тем, как уснуть, я решила, что мне нужно немного отдалится от Эли. Дать телу и себе время переварить то, что он мог с нами делать.

– Я поискала информацию о них, – сказала я. – В основном она касается этих четверых...

– Эли и его друзья из «Харкнесс»?

– Верно. Большинство ссылок посвящены их недавней финансовой работе, но если немного покопаться...

– «Немного» это сколько?

– Пара часов изучения цифровых архивов. Троих из них: Минами, Харк и Эли десять лет назад учились в Техасском университете на факультете химического машиностроения.

– А четвертый?

– Сали? Тоже в Техасском, но на химическом факультете, – я сжала губы. – Я не специалист в межличностных отношениях...

– Это еще мягко сказано, – перебила меня Тиш. – Пожалуйста, продолжай.

– Но думаю, что Минами, Харк и Эли дружат уже очень давно, а Сали стал частью группы, когда женился на Минами.

– Очень похоже.

Я была рада, что Тиш так думала, потому что свои аналитические способности я ни в грош не ставила.

– Они действительно пересеклись с Флоренс в университете. Минами получила докторскую степень в Корнелле одиннадцать лет назад за диссертацию по биотопливу. Так что, вероятно, она была там постдоком. Наставником Харка был доктор Раджапакш.

– Кто?

– Он ушел на пенсию до нас, хотя еще не был старым. И я нашла старую страницу об Эли. В его фамилии была сделана ошибка, поэтому мне потребовалось некоторое время. Его наставником также был доктор Раджапакш. И на первом курсе Эли выиграл грант для молодых ученых за свою работу. Угадай какую?

Тиш нахмурилась еще больше.

– Только не говори, что за биотопливо.

Я промолчала.

– Ладно, – Тиш выдохнула. – Могли ли они быть в Техасском университете примерно в одно время с Флоренс, заниматься одной и той же научной темой, и при этом не пересекаться? Такое возможно?

Я прикусила губу.

– Учась в аспирантуре, я знала весь преподавательский состав. Но один из членов диссертационной комиссии во время моей защиты называл меня Реей, и я сомневаюсь, что он узнал бы меня, если бы мы встретились в супермаркете.

– А если бы ты решила захватить его киоск с лимонадом?

У меня в мыслях началась настоящая неразбериха.

– В таком случае, он бы обязательно захотел узнать, кто я такая. – Тиш кивнула, и я продолжила: – Флоренс, вероятно, так и сделала. Возможно, она не помнила их, пока не начала выяснять, кто такие «Харкнесс».

– И забыла сообщить нам о том, что оказывается их знает.

– Или, может, у нее просто не было времени или сил их проверить.

– Есть только один способ это выяснить.

Я кивнула.

– Завтра у меня совещание по оценке эффективности. Тогда я ее спрошу.

– Хороший план. За исключением одного. Как ты собираешься рассказать о том, что ужинала с ними? – Я поморщилась. – Думаю, ты можешь просто рассказать правду: «Флоренс, мою ежемесячную дозу дерьмовых оргазмов в настоящее время обеспечивает Эли Киллгор. Ничего личного».

Я взглянула на растение с перцем на моем подоконнике.

– Ого! – присвистнула Тиш. – Значит, не дерьмовых.

Не дерьмовых. Скорее великолепных, ядерных и заставляющих переосмыслить, что такое секс. По крайней мере, меня.

– Какой он? – спросила Тиш. – Я имею в виду Эли. – Я помассировала виски, пытаясь подавить чувство унижения, и Тиш быстро продолжила: – Ру, я не пытаюсь тебя обвинять. Если, несмотря на мой совет и твой здравый смысл, ты все еще встречаешься с этим парнем, я поддержу тебя, потому что люблю, и потому что ты сделала то же самое для меня. Самое меньшее, что ты можешь сделать, это поделиться грязными подробностями.

– Верно. Он хорош. Очень хорош.

«В этом весь чертов смысл: видеть, как ты теряешь самообладание», – припомнилось мне.

– Он немного...

– Что?

– Властный.

Брови Тиш поползли вверх.

– В плохом смысле?

– Нет. – Я еще не была уверена, что готова углубляться в тонкости. Хотя именно Тиш как-то подбивала меня купить набор плетей.

– Хорошо. Что еще? Какой он как личность?

– Я не знаю его как личность.

– Ты провела с ним некоторое время. Вы же о чем-то говорили. Что ты узнала?