Я посмотрела на Луку, который подмигнул мне: — Да, иди. Дом любит смотреть на мой член; это больше одолжение для него, чем что-либо еще на самом деле.

Дом фыркнул, но подошел к кровати.

— Ты выглядишь уставшей, Кэсси, — добавил Лука, наконец-то став серьезным, беспокойство проступило между его бровей. — Увидимся позже.

— Да, увидимся позже, — я повернулась к Дому. — Позаботься о нем.

— Всегда, — ответил он перед тем, как я вышла из комнаты.

Я хотела пойти проверить свой подарок, но внезапно адреналин и беспокойство последних нескольких дней исчезли, оставив только сильное чувство усталости, и я едва добралась до спальни, прежде чем провалилась в забытье.

глава 14

ЛУКА

Прошло еще четыре дня, прежде чем я действительно вернулся в себя… ну, к избитой и израненной версии себя, но, по крайней мере, я функционировал.

Я почти умер, я знал это, и я также знал, что пути назад больше нет, что касается Кэсси Уэст.

Она более чем спасла мою жизнь, и, несмотря на все, что было против меня, я понял, что она действительно заботится о моем сломанном я… Какое чудо для меня, но какое проклятие для нее.

Я хотел держать ее на расстоянии, не дать ей проникнуть в мои стены, но у меня не было ни единого шанса. В ней было слишком много доброты, слишком много света, чтобы не ослабить тьму, окружающую меня.

Она была маяком надежды со всеми добрыми словами, всеми нежными прикосновениями и всей тихой силой, которую я наблюдал в те несколько мгновений ясности во время своей болезни. Это значило все.

После душа, который утомил меня гораздо больше, чем следовало бы, я пошел по дому в поисках Дома.

Он был странным с тех пор, как все произошло, ходил вокруг меня на цыпочках… вел себя так, будто со мной нужно обращаться осторожно — я это ненавидел.

Я нашел его в игровой комнате, играющим в бильярд в одиночестве.

— За это я тебе плачу?

Он закатил глаза, но оперся на бильярдный стол, забив два шара одним ударом.

— На самом деле, я еще не на работе, — ответил он, обходя стол и оценивая свой следующий ход. — Я рад видеть, что ты снова стал таким очаровательным.

— Я хочу поспарринговать.

Дом удивленно поднял глаза. — Поспарринговать? С кем?

Я удивленно поднял брови на вопрос. — Это вопрос с подвохом?

— Ну, это, должно быть, Кэсси, потому что это, черт возьми, не я.

Я жаждал провести с Кэсси такой спарринг, который включал в себя гораздо меньше одежды и гораздо больше удовольствия, чем мой обычный спарринг с Домом.

— Почему, черт возьми, нет?

Дом рассмеялся. — Без обид, Лука, но мне нравится хотя бы небольшой вызов. Возвращайся, когда сможешь продержаться больше нескольких минут, не прислоняясь к стене, как гериатрический пациент.

Я выпрямился; я даже не заметил, что прислонился к стене.

— Мне нужно выпустить пар, — признался я. — Застрять в комнате и в постели на неделю действительно меня задело.

— О, да, я уверен, ты не обращал внимания на медсестру, — Дом схватил бильярдный кий и бросил его в мою сторону. — Поиграй со мной.

Мои губы изогнулись в полуулыбке. — Нет, это было преимуществом.

Он кивнул, выглядя каким-то обеспокоенным, пока расставлял бильярдные шары.

— Что?

Он покачал головой. — Ничего.

— Дом… — вздохнул я.

— Ты много говорил, когда у тебя была лихорадка.

— Правда? — спросил я, и холодный пот выступил у меня на затылке.

Он кивнул. — В основном на итальянском, но… — это было облегчением. Мне не нужна была Кэсси, чтобы понять, насколько я облажался.

— Ты говорил с мамой и сестрой.

Я глубоко вздохнул и посмотрел на стол, готовясь к перерыву, делая все возможное, чтобы избежать взгляда Дома. Я видел их, когда был в худшем состоянии, когда, как я подозреваю, моя жизнь висела на волоске. Я видел их обоих в прекрасном саду, и они сказали мне, что это не моя вина, что я ничего плохого не сделал и что мне нужно двигаться дальше и быть счастливым. Что они хотят, чтобы я был счастлив и любим, и видеть меня таким разбивало им сердца.

— Да… — прохрипел я, прежде чем прочистить горло под тяжестью эмоций от воспоминания об этой иллюзии, которая выглядела слишком реальной… Может, она была реальной. — Мне нужно выпить.

— Кэсси сказала нет. Антибиотики, которые ты принимаешь, слишком сильные. Тебе придется подождать еще несколько дней. Не заставляй меня звонить ей.

Я нахмурился; никто мне не говорил нет; никто ничего мне не приказывал. — Кассандра Уэст мне не начальник, — Дом фыркнул.

— Конечно, нет! — он повернулся ко мне с насмешливой усмешкой. — Мой маленький целитель, погладь мой член, пожалуйста, — он издевался высоким голосом.