Шрифт:
— Между нами все кончено, Крис, — мягко, почти нежно сказала Диана.
Он помрачнел.
— И тут мой отец добился своего! Ты и представить себе не можешь, насколько мне это не приятно. — Он сокрушенно покачал головой.
О да, она хорошо понимала его!
— Если хочешь, я ничего ему не скажу.
Диане не удалось скрыть прозвучавшие в ее голосе горестные нотки, слишком печальными были нахлынувшие на нее воспоминания детства. К счастью, Крис так обрадовался ее предложению и был так поглощен собственными переживаниями, что даже не заметил горечи в ее словах.
— В самом деле, надо его потомить, — удовлетворенно засмеялся Крис. Он заметно повеселел, радуясь, что ему удастся хоть на короткое время одержать верх над отцом. Крис понимал, что сам все испортил, обманывая Диану и думая, что ему все сойдет с рук.
А Диана больше не улыбалась. Ее очень устраивало, что Рис Кондор не узнает — пока! — что она порвала с его сыном.
— Я хочу, чтобы ты позаботился о Мадлене, — тихо сказала она. Только сейчас Диана поняла, насколько привязалась к этому юноше.
Крис укоризненно посмотрел на нее.
— И ты никогда не изменишь своего решения?.. — с надеждой спросил он, почувствовав, что Диана смягчилась. — Да, я и сам вижу, что нет, — уныло произнес он, понимая, что не должен был задавать этот вопрос. — Господи, какой же я дурак! — простонал он.
Диана тихонько засмеялась, понимая, что сейчас испытывает этот юноша.
— Каждому из нас свойственно заблуждаться, Крис, — успокоила она его.
Он снова помрачнел.
— За исключением моего отца.
Диана нахмурилась. О нет, один раз в своей жизни Рис Кондор совершил величайшую глупость и мерзость: двенадцать лет назад толкнул ее отца на самоубийство. За это ему придется дорого заплатить!
Когда она шла, ее волосы колыхались, словно живые волны; при лунном свете они казались уже не золотистыми, а серебряными.
Затаившись в полумраке, Рис Кондор сидел в своей машине, припаркованной напротив окон дома Дианы.
Вот уже два часа торчал он здесь. Он ждал. Ждал ее возвращения. Ждал, чтобы узнать, вернется ли она домой или проведет ночь с его сыном.
И по мере ожидания, по мере того, как медленно тянулись минуты, он сходил с ума от мысли, что Диана сейчас в объятиях Криса, в его постели. Рис настолько живо представил себе эту картину, что почти испытывал физическую боль.
Но вот она появилась — бесплотный силуэт, возникший при лунном свете. Да, это была она, Диана, высокая и стройная, с шелковистой смуглой кожей, она легко ступала по тротуару в смешных и обманчивых прозрачных туфельках, в которых казалась босой.
Прошло уже почти два часа с тех пор, как он оставил их с Крисом у порога его дома. Что происходило между этими двумя все это время? Может, они любили друг друга, а потом Диана ушла? Рис подумал, что, если бы Диана была в его объятиях, он бы не отпустил ее до самого утра. Но Крис… О Господи! Он, кажется, начинает ненавидеть своего сына из-за его отношений с этой недоступной женщиной! Недоступной только для него одного?
Диана, высоко подняв голову, легкой походкой приближаясь к дому. Она достала из сумочки ключ от парадной двери и только тут заметила припаркованный напротив дома автомобиль. Она узнала затаившегося на заднем сиденье хозяина… Диана поняла, какой огонь сжигает Риса Кондора, какая бешеная ярость кипит в нем. И эта ярость обращена к ней. К Крису. И к самому себе тоже.
Ну, началось!
Глава 5
Нью-Йорк, этот город, который, похоже, никогда не спит, внезапно показался Рису скучным и бесцветным, как только он всего на один день окунулся в его суетливую деловую жизнь.
Он прилетел в Штаты на следующий день после того памятного обеда с Крисом и Дианой якобы по делам фирмы, которых, кстати, тоже было достаточно, но главным образом для того, чтобы поговорить с Кейси о предстоящей свадьбе сына — он считал необходимым обсудить это с ней.
Во время ланча его бывшая жена, все такая же красивая, держалась тепло и по-дружески; оба старались не касаться разногласий, которые омрачили последние годы их брака. В результате ланч прошел замечательно, в почти семейной обстановке.
Под конец, когда они приступили к кофе, Кейси взглянула на него с веселым изумлением.
— В чем дело, Рис?
Он вздрогнул от неожиданности и нахмурился.
— Что?
Кейси усмехнулась.
— Ты же заказал кофе без сахара и вот уже пять минут мешаешь его ложечкой! — Она многозначительно усмехнулась.
Рис растерянно посмотрел на свою ложку и положил ее на блюдечко. Казалось, он сам не понимает, что делает.
Кейси, вопросительно глядя на него, склонила голову. В тридцать восемь лет она все еще была молода и очаровательна; в темно-синих глазах и в мягкой улыбке светилось счастье, — счастье, которое она обрела в новой семье.