Здесь же можно было найти и маленькие кафешки, с приятным обзором на соседние лепестки станции и саму туманность, на фоне которой проплывали армады кораблей флота прикрытия.

— Уверен, скоро среди них появятся и наши корабли, — проговорила Хакетт в полголоса, однако как выяснялось, без внимания это не осталось.

— Вы правда в это верите?! — На неё буквально разве что не налетел мужчина лет сорока в форме дальней колонии АС, откровенно застав расслабившуюся Хакетт врасплох, впрочем, Лирой этого не заметил, поспешив «защитить честь дамы» и встал между ними.

— Не стоит так кидаться на людей, гражданин, — в голосе парня проклюнулась сталь.

— Пф, вы же из Альянса, не так ли, молодой человек. Так вы должны понимать, насколько пагубно влияет проводимая политика «некоторых» стран на развитие человечества в целом. Пришельцы вторгаются в наши традиции и навязывают свои правила, при этом даже не позволяя заходить нашим военным кораблям. И только Терра фирма предпринимает хоть какие-то активные действия.

— Идём отсюда, Ричард, — в голосе Хакетт наоборот моментально прорезалась уже знакомое раздражение, — не стоит тратить время на столь… Близорукого человека.

Ловко подхватив его за руку, девушка поспешила оттащить капрала от продолжавшего сыпать обвинениями мужчину, переключившегося и на фелисидов, затягивая старую как мир шарманку.

— Видел я подобных, традиционалистов, — прошипел Дженкинс, отчего лицо Хакетт помрачнело следом. Она прекрасно понимала, кого он имел ввиду. Вот только воспоминания у каждого были разные.

Мрачное настроение не покидало и после даже приобретённой порции мороженного. Хакетт лениво ковыряла ложечкой свою порцию, параллельно постукивая по столу пальцами с аккуратно подстриженными когтями. А Лирой просто не знал, как утешить, сейчас ему казалось, что любое слово может вызвать справедливую агрессию.

— Чушь всё это, — поморщившись наконец нарушила она молчание и добавила, отвечая на невысказанный вопрос, — о том, что время лечит, что всё забывается. Что раны зарастают без следа.

Шумно выдохнув, она отправила в рот порцию лакомства и неожиданно улыбнулась, — но шлём к Сету прошлое. Оно осталось в прошлом. Кстати, ты ведь знаешь, что сейчас Совет должен заседать по вопросу выбора первого спектра человека, — резко сменила она тему, переведя взгляд на один из голоэкранов на котором уже вещал советник турианцев.

— Да, Джокер успел все уши прожужжать, — с облегчением усмехнулся Ричард, — Хотя я удивлен, что не пригласили тебя. Я был уверен, что им станешь ты.

— Да брось, — фыркнула Хакетт, — играла бы я там предмет мебели, и так понятно, что это будет кто-то из Шепардов. Я слишком для них… — она неопределённо помахала ложечкой, — непредсказуемая.

— Капитан Шепард, шаг вперёд, — послышался голос из динамиков.

— Как по нотам, — снова фыркнула та и через несколько секунд секунду её глаза округлились, когда Хакетт увидела «старшую» и медленно поворачивающегося на экран Дженкинса.

Паника заполнила разум Иллирии, весь, пусть и основанный на полной импровизации план был готов полететь по одному месту, а сама девушка лихорадочно перебирала варианты действия. Но их собственно и не было, поэтому коротко выругавшись, так что бы никто не слышал она схватила Лироя за голову, развернула к себе, не дав рассмотреть стоявших перед Советом офицеров и неумело и отрывисто поцеловала прямо в губы.

А когда разорвала его, перешептывания других разумных, прикованных к экрану с заседанием заглушили последующие слова.

— Ну как? — еле слышно спросила девушка.

— Сладко, — ответил капрал первое что пришло в голову, так и не увидев на экране выходящую вперёд Алисию Хакетт.

***

В зале воцарилась гробовая тишина, такая, что, будь здесь муха, её жужжание показалось бы оглушительным. Однако в башне совета не было места мухам, и звук шагов Хакетт, подобно скальпелю, разрезал тишину.

Выпрямившись по стойке смирно, она не позволила ни малейшему проявлению эмоций отразиться на своём лице. В противовес этому, внутри неё начинал бурлить коктейль из эмоций и мыслей, подобный нитроглицерину.

Хакетт осознавала всю сложность, да что там, откровенную задницу, в которой оказалась, и понимала, сколько теперь «полетит дерьма в вентилятор» в средствах массовой информации. Задеть обещало всех. Но это можно было пережить, так как такое уже было не в первый и не в последний раз.

А вот осознание, сколько феличенек придётся «заплатить» сестре, чтобы она избавила её хотя бы от части ужаса проигранного пари была уже весомой причиной к волнению. Промелькнула даже мысль, всё же сделать всё самой. В конце концов могло быть куда хуже, чем какой-то там чокер на шее.