— Мисс, давайте успокоимся, мы всё объясним и поговорим как разумные люди, — обратился к Лилиан солдат в уже знакомой броне со зловещим Т-визором, но та уже не хотела слушать и бросилась на, как она считала, предателя с когтями и зубами, поддавшись эмоциям и вспыхнувшей в отчаянье плохо управляемой биотике. Эндрю в свою очередь с солдатской сноровкой ловко увернулся и выполнив классический полицейский захват, прижал верхнюю часть тела к столу, удерживая её голову, не давая возможности пустить в ход клыки. Включить в бой биотику Лилиан не могла из-за почти полного отсутствия практики. Солдаты отреагировали на это достаточно спокойно, даже не пытаясь достать оружие.

— Тяжёлый случай, — вздохнул первый, — голодный фелисид-подросток.

— Ещё и отчаявшаяся девушка, — буркнул второй.

— Термоядерная смесь, — кивнул третий.

Попытка успокоить разбушевавшуюся Лилиан растянулась почти на пятнадцать минут, пока наконец она не прислушалась к доводам и початой упаковки феличенек.

— Давай проясним, — наконец тишина была достигнута, а задобренная на время Лилиан была освобождена из плена с возможностью отойти подальше ото всех, уминала угощение. Однако озлобленный взгляд говорил о том, что времени на объяснения не так и много, — ты искала кому бы передать эти планшеты и получить помощь в награду. Ты их нашла.

— Товарищ полковник, извините, что перебиваю, но при всём уважении, у нас не так много времени. Наблюдатели говорят, что подсобники объекта уже узнали, что их подельников убрали, и уже начинают прочёсывать ближайшие к району системы туннелей и, к сожалению, не только они: были замечены сканеры. Нужно действовать быстро, — заговорил один из солдат.

— У-у-у, полковник, прям дедушка Джеймс Бонд, — фыркнула Лилиан, — так, ТЫ - шпион, и они тоже шпионы. Ну и, разумеется, я девочка не глупая, я уже поняла, что вы все шпионы русских. Кстати, а часики крутые у вас есть? С лазерным резаком. А аэрокар с ракетами и невидимостью? Он бы сейчас пригодился.

— Да, пригодился. Если бы мы тут собирались проводить спецоперацию, — проигнорировав подколку Эндрю, — сворачиваемся и уходим. Наша подопечная и так раскрыла нас почти полностью. Но, — он перевел взгляд на планшеты, — зато помогла нам быстро вернуть украденное. Всем наблюдателям уходить, встречаемся в точке эвакуации.

— Товарищ полковник, разрешите? Ещё момент. Она засветилась в местных базах. Есть запись с полными биометрическими данными в архивах. Запись гласит о, хм, нападении на офицера Альянса? — он удивлённо поднял на Лилиан взгляд.

— Это была самооборона! – резко вскочив заявила она, но «обвинитель» не обратил на это внимания, — при попытке его обокрасть?

— Нечего было жмотиться из-за сотни кредитов, я его даже не покусала, — буркнула девушка.

— К чёрту эту запись! Нет времени! Сержант, протокол ЗСД-12! — как только он обратился к подчинённому, послышался тихий пшик, и в шею Лилиан прилетел дротик с транквилизатором. Она лишь успела пикнуть со всей силы прижав к себе почти пустую коробочку с вкусняшками, прежде чем сознание начало погружаться в сладкую и тёплую тьму.

***

Пробуждение было грубым. Резко вскочив, Лилиан в страхе заметалась и, запутавшись в покрывале, которым была накрыта, с негромким вскриком от боли и неожиданности упала с кровати на пол. Послышался громкий треск ткани, и из неё, озираясь по сторонам, высунулась всклокоченная голова. Лилиан превратилась в натуральный радар, сканируя окружение глазами и ушами.

Однако ничего опасного вокруг не было: полумрак комнаты был пуст. Ни стоявшее рядом оборудование, напоминавшее такие же у дока Брауна из трущоб, ни симпатичные креслица напротив, ни даже панель головизора не напоминали помещения какого-нибудь центра обработки. Наоборот, казалось всё старалось быть дружелюбным, даже стены были раскрашены красивыми оттенками с изображением лугов и различных зверей в мультяшном исполнении. Дверь тоже была вполне привычной, прямо как в верхнем городе. Правда висящая в паре сантиметров прямоугольная голограмма красноречиво горела красным, говоря, что выйти из палаты самой ей было не суждено.

Выпутавшись из ловушки, девушка провела инспекцию тела, уделив особое внимание ушкам, шее и хвосту, однако всё было на месте: на шее не было даже намёка на ограничитель. Инструментрон так же был любезно оставлен на руке; активировав его она заметила, что большинство функций, к которым она так привыкла, были заблокированы, хотя и не все. А вот иконка в виде антенны красноречиво говорила о том, что теперь её устройство 24/7 стоит на прослушке.

— Заебись, теперь у меня есть собственный агент. Здрасьте, агент, как дела? — ехидно поздоровалась она и тут же получила текстовое сообщение, — не паясничай!

— Хочу и буду, — буркнула она, выключив инструментрон и, снова осмотревшись, заметила у входа удобно расположенное зеркало. Поднявшись, она подошла к нему, внимательно осматривая своё отражение.

Однако и там не было заметно каких-либо изменений. Всё те же ушки, золотистые глаза отражали тусклые лучи, «светясь» зеленоватым цветом, никаких шрамов и даже все зубы на месте, аккуратный нос и ровные губы. Повинуясь мимолётному настроению, она хищно улыбнулась сама себе, хотя эта улыбка больше походила на оскал из-за заострённых зубов с выпирающими клыками. На теле тоже не было никаких имплантов или следов вмешательства. Даже её не слишком выдающаяся грудь, тянущая на единичку, что вызывало вопросы и чисто женскую зависть и раздражение, когда она сравнивала себя с другими девушками её возраста в верхнем городе, никто не стал трогать. С другой стороны, зачем трогать то, чего почти нет.