Я шарил в темноте, пока не нашёлся стул, и сел собрать ещё оставшиеся у меня мысли и подумать, что делать дальше. В тот момент я был в относительной безопасности. Комната, куда я попал, была одной из маленьких приёмных при зале заседаний; никто не будет меня здесь искать, по крайней мере, пока я сижу тихо.

Конечно, они нашли шерифа, или же шериф очнулся и сам себя нашёл. На парадной лестнице послышались шаги; шаги нескольких людей. Но я был слишком далеко, чтобы слышать, о чём они говорят, если разговор вообще был.

И это могло подождать минуту-другую.

Мне чертовски хотелось выпить; никогда в жизни я не желал этого сильнее. Я обругал себя за то, что уронил и разбил ту бутылку — хотя она спасла мне жизнь. Не окажись её в моей руке, я был бы уже мёртв.

Не знаю, как долго я там сидел, но, должно быть, не больше пары минут, потому что всё ещё часто дышал, когда решил, что лучше двигаться дальше. Думаю, имея в спутниках бутылку, я бы радостно просидел там до утра.

Но мне следовало узнать, что случилось с Кейтсом. Если я убил его — или если его отвезли в больницу, и он вышел из игры, — то мне лучше сдаться и покончить с этим.

Если с ним всё в порядке, и он ещё в деле, то сдаваться было бы глупо. Если он хотел убить меня и до того, как я вырубил его той бутылкой, теперь он захочет этого ещё больше, быть может, даже не удосужившись найти предлог, прямо на глазах Хэнка или других помощников, которых, несомненно, разбудили присоединиться к розыску, на глазах коронера, да и любого другого, кто окажется поблизости.

Я наклонился и разулся, прежде чем идти дальше. Убрав ботинки в карманы пиджака, я на цыпочках двинулся через зал суда к задней лестнице. Я бывал в этом здании столько раз, что знал его помещения не хуже, чем свой собственный дом или редакцию «Гудка», так что ни на что не натыкался и не спотыкался ни обо что.

Я поднялся по тёмной задней лестнице, держась за перила и избегая середины ступенек, где они могут заскрипеть.

К счастью, верхний коридор, проходя от парадной лестницы к чёрной, делает поворот, так что меня, когда я поднялся по чёрной лестнице, не мог бы заметить никто входящий или выходящий из офиса шерифа. И теперь я мог воспользоваться тусклым светом лампы в передней части коридора, у входа в офис шерифа.

Я на цыпочках прокрался почти что до угла коридора, а затем толкнул дверь офиса окружного землемера [22] , находящегося по соседству с офисом шерифа и отделённого от него лишь самой обыкновенной дверью с матовым стеклом. Дверь в офис оказалась не заперта.

Я очень тихо открыл её. Она выскользнула из моей руки, когда я стал закрывать её изнутри, и едва не захлопнулась, но я успел вовремя поймать и аккуратно прикрыть её. Мне хотелось запереться, но, не зная точно, не щёлкнет ли вдруг замок, не стоило рисковать.

В офисе землемера было вполне светло; матовое стекло двери в офис шерифа представляло собой ярко-жёлтый прямоугольник, сквозь который проникало достаточно света, чтобы я мог ясно различать стоящую в комнате мебель. Осторожно огибая её, я на цыпочках прокрался к жёлтому прямоугольнику.

Я ясно слышал доносившиеся оттуда голоса, а приблизившись к двери, смог слышать их ещё лучше, но разобрать, кто это и о чём они говорят, мне удалось, лишь приложив ухо к стеклу. И тогда я всё прекрасно услышал.

— Я всё ещё ничего не понимаю, Рэнс, — говорил Хэнк Гэнзер. — Такой милый старичок, как док. Два убийства и…

— Тише ты, чёрт! — Это был голос Кейтса. — Может, он и был милый, пока был в здравом уме, но сейчас он вконец рехнулся. Эй! Полегче там с этим бинтом, а?

Тихий голос доктора Хейла трудно было разобрать. Похоже, он настаивал, чтобы Кейтс позволил отвезти себя в больницу убедиться, что у него нет сотрясения мозга.

— Да чёрт с ним, — сказал Кейтс. — Нет, пока мы не поймаем Стэгера, а то он ещё кого-нибудь убьёт. Как убил Майлза с Бонни и чуть не убил меня. Хэнк, что там с трупами?

— Я сделал быстрый предварительный осмотр. — Голос Хейла стал слышен яснее. — Причиной смерти, очевидно, стали неоднократные удары по голове чем-то вроде того заржавленного пистолета на вашем столе. А с учётом пятен на пистолете не думаю, что в этом есть причины сомневаться.

— Они всё ещё снаружи?

— Нет, — сказал Хэнк, — у Дорберга — или на пути туда. Он с одним из ребят приехал на своей труповозке.

— Док. — Это произнёс Кейтс, и я чуть не подпрыгнул, прежде чем понял, что он обращается к доктору Хейлу, а не ко мне. — Вы там закончили? В смысле, с этой треклятой повязкой. Мне надо заняться всем этим. Хэнк, сколько ребят ты там вызвал по телефону? Кто придёт?

— Трое, Рэнс. Я позвонил Уоткинсу, Элерсу и Биллу Дину. Все они уже едут в центр. Будут тут через пару минут. Так что нас пятеро.

— Полагаю, это всё уладит, Рэнс, — произнёс голос доктора Хейла. — Я всё ещё советую вам поехать в больницу и сделать рентген как можно скорее.