— А мы вас уже заждались, господин! — чуть ли не хором сказали стоящие внутри женщины. Кажется, они все слышали и от этого такими плотоядными глазами смотрели. Где-то на грани сознания шевельнулся червячок, но Володя приструнил его. Теперь после своего первого секса, у него не шумело в голове, и он вполне дружелюбно сказал: — Здравствуйте, красавицы. С чего начнем?

— Сюда господин! — произнесли несколько девушек. И устроили его в небольшом кресле, в котором так хотелось растечься и заснуть. Причем несмотря на то, что он Мечник заметить, как он оказался в кресле, не успел.

— Положите голову назад и закройте глаза господин, — сказала девушка постарше.

Дальше началась самая настоящая магия. Сначала ему сделали стрижку, потом помыли голову и натерли маслами. Делать маникюр и педикюр, кто-то чистил пятки. Володю так расслабило, что его стало клонить в сон так приятно и спокойно ему еще никогда не было. Он даже не заметил, как его помыли. А уж когда начался массаж всего тела, то он вообще выпал из реальности. Массажировали все, даже то что обычно находится под штанами. Спину тоже промяли качественно, прям каждую мышцу.

Когда дед приехал за ним, то ему пришлось даже немного подождать. Провожали его как большого проверяющего из управления. Володя не знал, какое количество людей работает Бархатных ручках, но человек тридцать его проводило. В то время как с ним работало хорошо, если десять девушек и все так приветливо улыбались, что Володя на секунду ощутил желание задержаться.

Только дед уже вышел из машины и даже распахнул перед ним двери. Через некоторое время, в машине дед хитро спросил: — Ну что, тебе тут понравилось?

— Понравилось, — довольно улыбнулся Володя. Здесь скрываться уже не нужно было, можно было расслабиться.

— Кольцо не снимал? — уточнил дед. — Это от нежелательной беременности.

— Не снимал, — ответил Володя, рассматривая украшение.

Одно только смущает, произнес негромко парень: — У меня трусы украли…

— Ха-ха-ха-ха-ха! — стал ему ответом заливистый смех деда.

Интерлюдия

Наталья Григорьевна Хабенская и Екатерина Ивановна Каринская сидели в холле косметического салона Бархатные ручки и пили кофе, ожидая еще одну свою подругу.

Две подруги возраста сорока пяти лет были настоящим украшением для любой компании. Сильные, красивые, холеные и постоянно следящие за собой стервы. Да стервы, их называли именно так.

Они были из той категории Родовых женщин, которых родители выдали замуж за возрастных мужчин.

Семейные традиции требовали от девчонок подчинения, ради объединения семей: своей и будущей.

Время прошло, слезы были выплаканы, дети уже достаточно взрослые, а мужья скоропостижно умерли. Все.

С этого момента молодые, в сущности, женщины остались одни и второй раз замуж они не собирались, а жили на полную катушку, ни в чем себе не отказывая.

В салон, как и в спортзал, они ходили на постоянной основе. Старались следить за собой и посещали не менее раза в неделю. Они были наиболее яркой частью города, как минимум они сами так считали. И было отчего.

Помимо молодых и ухоженных лиц у них были спортивные фигуры, и дорогая одежда: короткие платья и туфли на высоком каблуке. Причем все это было из самых модных магазинов столицы. Что уж говорить, что отбоя от мужчин у них не было.

Любовников они меняли не так чтобы часто, но выбирали лучших из лучших. Да и дуэли за право обладать кем-нибудь из подруг проходили на постоянной основе.

— О! Наконец-то, Галя приехала, — заявила Катя, вставая. — А говорила, что на пять минут задержится, а ведь мы тут уже пятнадцать сидим.

— Ох! — засмеялась Наташа. — Она же рассказывала, что познакомилась с другом сына, и он был очень мил с ней, на последнем рауте… Не понимаю ее любви к молоденьким мальчикам, они же не умеет ничего…

— Это не ее «Бредвик»?! — заявила вдруг Катя присаживаясь. — У нее бампера черные, а здесь серебристый. Интересно, чей?

— Какая разница? — спросила Наташа, недовольная, что ее прервали. — Сейчас увидим, что за фифа катается на бронированном автомобиле премиум-класса.

— Это не фифа, — собранным голосом сообщила Катя.

И Наташа увидела, как подруга сразу приняла строгий вид. Ее спина выпрямилась, подбородок поднялся вверх, демонстрируя изгиб тонкой, красивой шеи, а взгляд превратился во взгляд охотничьей собаки, перед которой положили кусок свежего мяса. Она даже немного улыбнулась.

— «Странно, кто же это ее так впечатлил?»— заинтересованно подумала Наташа и перевела взгляд в холл и тут же ее сердце стало биться чаще. Спина сама собой выпрямилась, она положила одну ногу на вторую и стала буквально пожирать молодого человека, которого вели работницы салона.