«— Да, а что?»

«— Да так, ничего» — и настолько искренне улыбнулась мне тогда, что сейчас от воспоминаний у меня защемило сердце.

Я тогда за её манипуляциями не наблюдала. Сидя на кафедре, зубрила пройденную тему перед зачётом. Примерно через месяц заметила какой пароль у подруги. Когда она при мне его набирала. И то, заметила, случайно. Меня это так позабавило на тот момент. Просто тогда ещё наша с Агатой дружба только начала крепчать. Мы стали тянуться друг к другу, но всё же не настолько, чтобы переплетать наши имена в пароле.

Номер Руслана нахожу быстро, нажимаю на вызов, слушаю гудки… раз… два… три.

— Агата?

— Это я.

— Что? — кажется, Кай в момент всё понял.

— Она с ума сошла. — срывается с моих губ, тихое со всхлипом.

— Врач укол сделала?

— Какой врач? Та, что с утра мне успокоительное колола?! Её нет. Вообще, никого нет, мне кажется, мы одни в доме.

— Блядь. Я придушу эту суку! — последнее, что я слышу перед тем, как Кай кладёт трубку.

Не проходит и пяти минут, как в комнату едва ли не влетает женщина лет пятидесяти. Это не та, которая была при первом осмотре Агаты, и с утра делала мне целых два укола успокоительных другая "тётя", наверное, это её сменщица.

— Твою, мать! — ругается доктор. — Ты что, позвать меня не могла? — мои брови самопроизвольно взлетают вверх. Она это серьёзно?

— А как я должна была догадаться, что вы в доме есть? — спрашиваю искренне недоумевая. — Меня никто не ставил в известность. Да и вообще я…

— Да, молчи уже. — снова шок. Это вообще кто — доктор? Ну а чего она грубая такая? И Агату дёргает как тряпичную куклу.

— Что вы делаете? — не выдерживаю, задаю вопрос, когда в очередной раз, эта горе-врач ударяет Агату по щеке.

— В чувства пытаюсь её привести, не видишь, что ли?

— Так, вы вон торшер хотя бы возьмите.

— Торшером по лицу?

— Зачем? По хребтине можно. — женщина одаривает меня уничижительным взглядом. Не знаю, поняла она мой сарказм. Или всё же расценила как намёк, но хлестать, пусть и не сильно, мою подругу по щекам, она, наконец, перестала.

— Ты, я смотрю, больно умная тут.

— А вы, я смотрю, не знаете на кого работаете?

— Знаю. Но мне плевать. Лишь бы денег нормально платили, и всё.

Веду плечами, пытаюсь сбросить напряжение, которое налипло на меня вместе с отвращением. Крайне неприятна мне эта особа, и её высокомерный тон, тоже.

Как бы то ни было, в присутствии врача, пусть даже такого грубого, но я чувствую себя гораздо увереннее и уже не боюсь подойти к Агате.

Встав с постели, подхожу к подруге и опустившись на пол рядом с ней, обвиваю её худенькие плечи, своими руками.

— Агат. — снова всхлипываю. — Очнись, пожалуйста.

Подруга молчит. Проходит совсем немного времени, и я чувствую лёгкое прикосновение к своему локтю.

— Холодно. — едва слышно произносит Агата. Её и вправду, немного трясёт.

Отстранившись, внимательно всматриваюсь в лицо подруги. В свете торшера не особо хорошо видно, но всё же я понимаю, Агата снова вернулась в реальность.

Скорее рефлекторно, ещё крепче стискиваю подругу в своих руках. Улыбаюсь, а Агата, похоже, и не помнит ничего из того, что творилось с ней на протяжении добрых пятнадцати минут.

— Идём на кровать. — говорю, помогая подруге подняться.

Агата в спортивном топе и плавках-шортах. Подруга не любит все эти пижамы, ночные сорочки, и почти всегда спит в таком виде. Сейчас она снова разглядывает свои царапины, но уже совершенно иначе.

— Сейчас я всё тебе обработаю. — говорит женщина-врач. Она в углу комнаты, роется в медицинском ящике. Достаёт вату, бинты и какие-то ампулы. Скорее всего, она хочет сделать Агате укол.

— Опять ты, Выдра?

— Я точно так же рада тебя видеть, маленькая дрянь.

— И когда ты уже сдохнешь?

— Нескоро. А вот ты со своими припадками, загнёшься в два счёта.

— И не мечтай!

От шока я замираю, но ненадолго. Агата спотыкается на ровном месте, и тушкой падает на кровать.

— Агата? — осторожно зову подругу, через небольшую паузу.

— Спит она. — говорит доктор.

— В смысле спит? — чтобы заглянуть в лицо подруги, мне приходится на карачках подползти к ней. Кровать у Агаты не маленькая, и она почти к самой стене свалилась. — И правда спит.

— Она всегда после подобных приступов спит.

— В каком смысле всегда? — смотрю на женщину растерянно. — Разве это не следствие того, что с ней произошло вчера?

— То, что произошло вчера, вызвало рецидив. А так приступов у неё уже года четыре как не было. Тем более таких глубоких.