Я скорее растерянной была, и после нашего с ним разговора, мыслей столько, что они кружили голову. Наверное, поэтому я промолчала.

А потом отец моей подруги, проведя своей массивной рукой по моему плоскому животу, вверх, к груди и немного сжимая горла, частично перекрывая мне доступ к кислороду, заставил меня запрокинуть голову, после чего накрыл мои губы своими.

Первые мгновения, Артур не был слишком настойчив. Казалось, он проверял, или же спрашивал моего разрешения. А я просто застыла, и, пытаясь разобраться в собственных ощущениях, как-то неловко приоткрыла рот, даже не знаю, хотела что-то сказать или же это получилось от неожиданности, но мужчина расценил всё по-своему. Тут же углубляя поцелуй, он очень быстро утащил меня, в водоворот новых, невероятно мощных ощущений.

Акиев старший, снова был предельно аккуратен со мной. Только на этот раз, я очень чётко ощущала то, насколько мужчина сдерживался. Его мышцы были как сталь, настолько напряжены, что казалось, внутренняя дрожь его тела, передавалась и мне.

Хотя я не исключаю, что это было из-за вихря пламени, который окутал моё тело. Артур, чуть наклонившись, взял меня под попу и совершенно не чувствуя моего веса, он приподнял меня над кафельным полом.

Держал меня всего одной рукой. Второй, провёл по своему вздыбленному члену, от основания до края плоти провёл всего пару раз, и подставив крупную головку к моим интимным губкам, так сладко и так порочно раскрывая их, он очень аккуратно, вновь насадил меня на свой член.

Я не выдержала той остроты, что словно лезвием полоснуло не просто по телу, по моему сознанию. Громко простонав и прогнувшись в спине, я произнесла имя мужчины.

На этот раз двигался Артур во мне куда быстрее, чем в гостиной. Чтобы не упасть, я обняла мужчину за плечи и уже совсем не стеснялась стонать в голос.

Акиев помог мне помыться. Потом укутал моё обессиленное тело в большое махровое, коричневое полотенце, и уже на руках отнёс свою комнату.

— Я очень голодная. — признаюсь.

— Если тебя что-то беспокоит, лучше спроси. — наверное, Артур по лицу моему всё понял. — Мне кажется, так проще будет нам всем!

— Я буду спать только с тобой? — Я тут же краснею от собственного вопроса. Меня даже в жар немного бросило.

— Честно, я что-то уже сомневаюсь, что хочу тебя делить с братом. Но точно знаю, Рус не уступит. Я не хочу, чтобы ты была нашим яблоком раздора, Мирослава, поэтому, да, малышка, ты будешь спать с нами обоими, и тебе лучше с этой мыслью свыкнуться сразу.

Я даже не нашлась что ответить. Наверное, лучше бы и не спрашивала вовсе. Побыла бы какое-то время в неведении, и относительном спокойствии.

— … и после этого ты хочешь, чтобы я тебе доверял? — сквозь сон слышу взвинченный голос Кая. — Какого хрена Сабио? Ты отправил меня в клуб на встречу с Полтавским в одиночку, только чтобы воспользоваться Мирославой?

— Сбавь обороты, Рус. Не истери!

— Врач сказала, дня три её не трогать, а лучше неделю!

— Я сам врач. И прекрасно знаю, что Лазарева, ещё та перестраховщица.

— Ты уже много лет не практикуешь. Наверняка даже переаттестацию не пройдёшь. Тебе переучиваться надо! — Слышу приглушённый смех Артура.

— Ты сейчас с чего бесишься, того, что я Мирославу без тебя поимел? Или действительно так сильно переживаешь за её здоровье?

Я уже окончательно проснулась, на часах половина шестого утра и, по всей видимости, Руслан только что приехал домой. Мне не особо нравится то, как говорят обо мне мужчины, и сейчас я с замиранием сердца зачем-то жду ответа Кая,

— Ты прекрасно знаешь ответ на этот вопрос.

Так, а я же не знаю. Что значит окончательный ответ? Почему не сказать прямо? Так бы и я была в курсе!

Ещё какое-то время лежу, но становится как-то некомфортно вот так лежать и подслушивать чужой разговор, к тому же очень сильно писать хочется.

Тихонечко встаю с постели и иду в туалет. Делаю свои дела, а затем выхожу из спальни, направляюсь в кабинет Артура. Именно там мужчины не закрыв дверь бурно продолжают что-то обсуждать.

— … ну и что ты думаешь? Что делать с ним будем?

— Честно? Ума не приложу! — я замерла буквально в двух шагах от входной двери. — Похорошему, его уже давно убрать нужно было.

Сердце в пятки уходит. Артур так спокойно говорит об убийстве человека, будто делал это сотню тысяч раз. По телу проносится дрожь.

— А я говорил тебе. Теперь мы имеем то, что имеем. И разгребать это сейчас мне одному.

— Но не утрируй. Ничего одному тебе разгребать не придётся. Мирослава сейчас в учёбу погрузится, ей всё равно не до нас будет. Пока хвосты свои подтянет, мы все закончим.