– Я Роза. Роза Пчелкина. Новенькая из 11-го «Б».

– Новенькая? – Заплаканная красавица округлила глаза, даже перестав всхлипывать.

– Ага. Безумная, которая сменила не только школу, но и город за два месяца до первых экзаменов.

– Ты скорее бесстрашная. А я даже в родных стенах не знаю, смогу ли сдать ЕГЭ. Уже месяц мысли не о том… – Брюнетка достала из сумки зеркальце и упаковку бумажных платков.

Стерев салфеткой растекшуюся тушь, она спрыгнула с подоконника и пристальным взглядом окинула свое отражение в большом заляпанном зеркале.

– Может, я могу тебе чем-то помочь? – Я закашлялась, до сих пор ощущая странную тяжесть в груди.

– Увы! – Собеседница подавила тяжелый вздох. – Никто не сможет. – Кивнув на прощание, она покинула уборную как раз в тот момент, когда в помещение ворвался отголосок заливистого школьного звонка.

Урок закончился. Учащиеся моментально заполнили рекреацию, перемещаясь со скоростью муравьев в банке с сахарным сиропом. Я остановилась в самом конце коридора, пытаясь понять, что делать дальше.

– Роза? – В нескольких сантиметрах от уха раздался встревоженный голос Андрея.

– Я… я… – Я глупо развела руками, так и не подобрав правильных слов.

– Краева – настоящая стерва. Каждый год выбирает себе новую жертву и тиранит ее будь здоров! Ты даже не представляешь, какие сплетни она про меня сочиняла в прошлом году! – Рыжеволосый одноклассник закашлялся. – Не связывайся с ней, и тогда эта гадина переключится на кого-то другого.

– А что Анжела Борисовна? – Я робко улыбнулась.

– Она сказала, ждет тебя у директора… – Андрей хмуро свел брови. – Роза, пойми, наша классная – одинокая старая дева: ни ребенка, ни котенка. Наверное, до сих пор думает, что детей находят в капусте.

– Я так и думала. Тогда мне пора идти, и большое спасибо за поддержку!

– Роза! – Я обернулась, встречаясь с его поникшим взглядом. – Не волнуйся, директриса мировая тетка! Все будет хорошо!

– Да, конечно…

– Пчелкина? – Секретарь деловито поправила модную овальную оправу, съехавшую с носа. – Светлана Викторовна ждет вас!

Я открыла дверь в кабинет директора и еле слышно поздоровалась. К моему удивлению, Бодрова находилась в помещении одна – учительницы с ней не было.

– Здравствуй, Роза. Что-то ты зачистила в мой кабинет! – Отсканировав меня долгим проницательным взглядом, пепельная блондинка прищурилась.

– Добрый день… – прошептала я, ссутулившись. – Простите, не знаю, как так вышло.

– У твоей классной руководительницы поднялось давление. Я отправила ее в медицинский кабинет. Но Анжела Борисовна обрисовала мне ситуацию! – Вдруг директриса достала из выдвижного ящика ту самую злополучную пачку презервативов.

Сердце упало в пятки, ладони покрылись испариной. Боже, какой стыд и позор! Только бы до матери не дошло!

– Почему это оказалось у твоей парты, Розалия?

– Я не знаю.

Пару секунд мы глядели друг на друга. Наконец Бодрова заговорщически улыбнулась.

– В отличие от твоей классной руководительницы я не вижу в этом ничего вопиющего. Недаром у нас в школе с девятого класса преподают половое воспитание. Но все-таки не стоит раскидывать свои личные вещи где попало.

– Светлана Викторовна, спасибо за понимание, но это не мое… – Я сглотнула, чувствуя, как начинают гореть мои щеки.

– Не твое? – Брови пепельной блондинки удивленно приподнялись. – Тогда как эта злополучная упаковка могла оказаться возле твоего рюкзака? Расскажи мне, Роза, кто тебе ее подкинул?

– Я не знаю, – повторила я.

Мой отец говорил: «Стукач – это тот же предатель, а предатель – хуже врага». Я не хотела становиться стукачкой.

– Может, она выпала у кого-то вчера, а я ее и не увидела…

– Ты уверена в этом, Розалия? Точно не хочешь мне ничего рассказать? – Директриса задумчиво почесала переносицу, не сводя с меня проницательного взгляда.

– Светлана Викторовна, благодарю вас за участие, но я абсолютно в этом уверена.

– Хорошо, девочка, возвращайся на урок, а с Анжелой Борисовной мы все обсудим. Не волнуйся.

Подавив тяжелый вздох, я вошла в класс, успев за пару минут до звонка. К счастью, никто не обратил на меня внимания. Одноклассники столпились около последней парты третьего ряда, что-то увлеченно обсуждая.