— Нужно будет еще и с расписанием занятий все это как-то согласовать, ведь потребуются свободные аудитории…

— Изыщите, для семи человек, надеюсь, какое-то помещение найдете. А к следующему году… вы совершенно правы, но правительство для МВТУ к следующему году выстроит дополнительно пару учебных корпусов. И общежития для студентов, поначалу человек на пятьсот.

— А… а где?

— Я найду где. А вы пока подумайте… до конца недели подумайте, сколько вам потребуется новых преподавателей чтобы со следующего года принять на тысячу студентов больше. И что для этих преподавателей понадобится — я имею в виду жилье, учебное оборудование… вам виднее, я просто этого не знаю.

— Хорошо, я постараюсь…

— Очень постарайтесь. Да, мне Федька Тетеркин сказал, что вы с профессором Киршем принципиально новый котел паровой придумали и даже изготовили.

— Да, и должен заметить, что в этой работе особо отметился доцент Рамзин: он как бы не основную часть работы проделал.

— Это я к чему: на субботу ничего не планируйте, вас с профессором в полдень будет ждать Андрей Владимирович. Принято решение, что такая работа вполне достойна быть отмеченной правительственной наградой. Вам завтра приглашение в Кремль доставят, я просто заранее предупреждаю, чтобы вы по моей задаче на субботу ничего не откладывали… как вы сказали, Рамзин?

В России проблем было много, но их в принципе можно было решить — и хорошо, что в Европе все же наступил долгожданный мир: все же в мирное время проблемы решать проще. Правда, миром этим все равно почти ни одна страна довольна не осталась — но люди, по крайней мере, убивать друг друга прекратили. Все же временно прекратили, а в разных правительствах пытались разобраться, как теперь жить дальше и с кем вскоре придется снова воевать. А в том, что воевать придется — не сомневался практически никто, ведь победителей в этой войне вообще не было.

Да, Германия отъела кусок Франции (как и Италия), но изрядный кусок она и потеряла. Австро-Венгрия вообще развалилась на несколько стран, Османская империя оказалась практически вышвырнутой из Европы, да и половину Причерноморья у нее Россия забрала. Территориально только Болгария, забрав исторически болгарскую часть Македонии и почти всю Фракию, выросла чуть ли не вдвое, и у России землички изрядно так прибавилось — но и там, и там «новые земли» заметно прибавили и серьезных «внутренних» проблем. Впрочем, и на «старых землях» проблем во время войны стало куда как больше — а уж сколько новых проблем возникло у «континентальных держав»… И все (правительства, не простые люди) почти единодушно почему-то считали, что эти проблемы можно решить, начав новую войну. По счастью, сил на такую войну сейчас ни у кого уже не оставалось и Европа перешла к «мирному строительству». К ускоренной индустриализации всего, что можно и нельзя, чтобы в ближайшем будущем дать своим армиям столько, чтобы армия эта на голову превзошла потенциальных противников. Объявленных экзистенциальными врагами…

Густав Васильевич в первый раз за время работы на новом месте изрядно удивился, когда — на следующий день после того, как он отправил в Москву телеграмму о том, что задание он выполнил — в Клин вместо ожидаемой им комиссии военного ведомства приехала какая-то девочка. Но приехала она с бумагой из Канцелярии тогда еще диктатора, так что пришлось ему именно этой девочке показывать свою работу. Но еще больше он удивился тому, что девочка эта вопросы стала задавать вполне по делу:

— Так, что у нас тут? Двухтактный мотор… понятно. Нагнетатель… лопаточный, а воздух как подается? Густав Васильевич, а теперь давайте на секунду представим, что мотор слегка так хапнет маслица из картера… а он ведь легко маслица хапнет, сколько тут масла-то?

— Это что вы имеете в виду?

— Имею в виду то, что говорю. Я вам сейчас покажу, — и с этими словами девочка подошла к стоящему на стенде мотору, слегка — совсем слегка — увеличила обороты, затем просто перекрыла кран от топливного бака и заорала:

— А теперь бежим!

А когда Густав Васильевич на ее крик отозвался лишь снисходительной улыбкой, она — девочка еще, причем довольно субтильного сложения — как-то ловко его скрутила и вытащила из комнаты со стендом на собственной спине. Вовремя вытащила: спустя несколько секунд мотор просто разнесло и чугунные обломки разлетелись по помещению, круша очень недешевую аппаратуру.

— Ну вот, в следующий раз вы, надеюсь, команду «бежим» будете исполнять самостоятельно. Не расстраивайтесь, эту особенность двухтактников вообще почти никто не знает… а вы теперь знаете. Я вам сейчас на всякий случай все на бумажке распишу… а вы все же займитесь тем, что было указано в предписании: разработкой четырехтактного двигателя. Я понимаю, там не все так просто… в смысле требуемую мощность обеспечить — но нам-то нужен двигатель не только мощный, но и в работе безопасный. И если вы задание по мощности исполнить не сможете, но хотя бы две трети от планового задания обеспечите, то все будут довольны.

— Но… как…

— Я сейчас все вам на бумажке нарисую и объясню. То есть объясню, в чем была ваша ошибка — но главное тут то, что на четырехтактнике вы ее, конечно, повторить и сумели бы, но вам бы пришлось специально постараться, а я с трудом могу себе представить инженера, специально старающегося сделать все плохо. Кстати, с четырехтактником вам даже конструкцию получится прилично так упростить: окна в цилиндрах делать не придется. Ну а мощность… наверное, ее нужно будет за счет повышения оборотов вытягивать. Итак, смотрите сюда…