Можно, конечно, было бы прийти к Гурову и просветить, с каким дерьмом связалась его дочь. Но я уже, однажды, встречался с ним и понял, что Гуров Альберт Леонидович по прозвищу ГАЛ — старый отмороженный ублюдок, который клал, кладет и будет класть на всё. Будь моя воля, я бы закатал его в бетон. Но нельзя! Этот кусок дерьма — очень влиятельный человек. Если у нас начнётся война, то улицы будут залиты кровью, и неизвестно, кто останется победителем.

Все эти события копились как снежный ком, и присутствие Алины никак не способствовало улучшению ситуации. Меня штормило от одного ее вида. Я срывался и кричал на нее по любому поводу. Когда увидел, как она улыбается Демону, думал, что сейчас завалю лучшего друга. А сегодняшний кофе, окончательно сорвал резьбу на моей фляге.

Я ведь ее практически изнасиловал. И то, что она каким-то чудом получила удовольствие, никак меня не оправдывает.

Подумав ещё немного, я решил ей позвонить, но трубку никто не брал. Тогда, написал сообщение.

Я: Прости… Я сделал тебе больно?

Ответ пришел почти сразу.

Алина: Не так, как ты думаешь.

Я снова попытался ее набрать, но Алина выключила телефон.

Прикрыв лицо руками, я услышал, как громко шарахнула об стену открывшаяся дверь, и в кабинет, как фурия влетела моя сестра.

— Сучий потрах!!! — закричала она и кинула в меня органайзер.

— Ты совсем охренела? — ответил я тем же тоном.

— Я же тебя, как человека просила! — продолжала надвигаться она на меня и хотела влепить пощёчину, но я грубо перехватил ее руку.

— Оксана! Не заставляй меня применять силу!

— Применять силу? То есть к Алинке ты ПРИМЕНИЛ СИЛУ??? — взорвалась она. — Ты ее видел? Видел??? В каком состоянии она ушла?

— Я тебе уже говорил, не лезь! — отшвырнул я ее.

Оксана тяжело дышала, а потом отвернулась.

— Боже! Костя… Неужели ты действительно такой ублюдок, как о тебе говорят?

— Базар фильтруй! — сказал я ей, и Оксана, повернувшись, сверкнула отцовским взглядом.

— В общем, так, Константин Владиславович! Если с ней что-то случ… Не дай Бог, она что-то с собой сделает! Ты за это заплатишь! Даю тебе слово… Слово ЯРОВОЙ! — крикнула она нерушимую клятву для нашей семьи и воткнула в стол лежавшие рядом ножницы, а потом, резко развернувшись, ушла.

Эти слова гулким эхом стучали в моей голове. После такого, я ощутил себя ещё большей мразью.

Схватив телефон, я набрал Войтову.

— Андрей! Машину к издательству! Быстро!

— Понял. — ответил он мне и отключился.

Алина

Уже пару часов я лежу в ванне. Кожа распарилась и сморщилась, как у столетней старухи. Но вылезать из воды не хотелось. Я должна смыть с себя ту грязь, в которой меня сегодня искупали.

Возможно, я пролежала бы ещё, но внезапно услышала шум за дверью. Блин! Неужели папа вернулся? Я так была рада, что его нет дома. Не хочу, чтобы он видел меня такой разбитой. Странно только, обычно он предупреждает о своём приезде. Хотя, наверное, он просто не дозвонился, ведь я выключила телефон.

Укутавшись в свой любимый махровый халат, я хотела незаметно прошмыгнуть в свою комнату. Но дойдя до пункта назначения, застыла в немом шоке. На полу, возле моей комнаты, прислонившись спиной к стене, сидел Яровой и смотрел на меня.

— Как ты попал в дом? — наконец, спросила я.

— Ты не закрыла дверь. — спокойно ответил он.

— Это не так.

— Ну, или плохо закрыла. Неважно. Алин… Давай поговорим?

— Уходи. — сказала я и прошла в свою комнату, потому что спорить у меня не было сил.

— Алина! — опять позвал Костя и вошел следом.

— Зачем ты пришёл? — не глядя на него, спросила я и подошла к окну.

— Не знаю. — обречённо ответил он. — Просто поговорить.

— Я не хочу.

— Алина! Прости меня! То, что сегодня случилось, больше не повторится, если только ты сама не захочешь. Я не знаю, как это произошло. Просто, когда ты рядом, я не могу себя контролировать. — сказал он, не приближаясь ко мне.

— Тогда, как ты можешь обещать, что это больше не повторится?

— Я всё для этого сделаю… Даю слово… Слово Ярового. — изрёк он сурово. Видимо, это многое значит.

— Почему, Костя? Зачем ты это сделал? Тебе что, не давало покоя, что я не вешалась тебе на шею? Или это такая месть?

— Нет. Просто… Нравишься ты мне, понимаешь? — тихо ответил он.

— Угу. Заметно. Наверное, поэтому ты всё время сравниваешь меня со шлюхой?

— Нет. Черт! А-а-а… Как же сложно… — сказал он, а меня это окончательно вывело из себя, и я повернулась.

— Боже, Костя! Если два человека нравятся друг другу, то в этом нет ничего сложного. Это жизнь! Взрослая жизнь. Мы ни в детском саду и не в школе, чтобы ты дёргал меня за косички, а я за это выливала тебе компот в портфель. И даже если ты мне тоже нравишься, я же веду себя нормально и не занимаюсь чем-то… подобным?! — тихо закончила я, осознав, что сболтнула лишнего.