И едва мы проехали через ворота, побледнела, они словно покрыты золотом, а сад, здесь столько пространства. Кругом природа, но больше всего понравилась беседка с цветами.

– Безумно красиво!

– Я купил эти розы для тебя! – проронил с нескрываемой харизмой.

– Спасибо, но не стоило.

– Ты дочь бывшей подруги. Покажусь свиньей, если не стану тебя баловать! Устала, наверное! – снова поцеловал мою руку, рождая в душе странное чувство. Неуверенно вышла из машины, да здесь всё похоже на королевство, неизвестно, как реагировать на всё. И едва я оказалась в просторной гостиной, от неожиданности отвисла челюсть. Тут один сплошной антиквариат, но сильно насторожило не это. Мужчина неожиданно подкрался сзади и произнес то, от чего округлись глаза.

– Пора познакомиться ближе. Разденься, Кристина!

– Что?

Кристина

Развращенный миллионер, видимо, обнаглел, раз осмелился предложить такое. Реально испугалась, столь странного предложения.

– Вы с ума сошли? Я не похожа на легкомысленную девушку! – разволновалась после похабного отношения, тогда властный опекун сделал шаг ближе.

– Побледнела то как от страха! Успокойся! Мы же с тобой семья! Как куплю тебе новые платья, если не знаю твой размер? Покажи свою фигуру, Кристина! – проронил тихим голосом, рождая в душе слишком много опасения.

– Вы незнакомый мужчина.

– Гляди, могу обидеться. Твоя мама являлась моей подругой.

– Где вы были раньше? Почему не растили тогда? Извините, но наше сожительство временно! – посмела ему возразить, чем несказанно удивила, ведь он практически припечатал к стенке.

– Не дерзи мне, в гневе очень опасен. Радуйся, малышка, что пока не заставил глотать горькие пилюли. Клептомания, это очень плохо. Нельзя воровать, – рискнул он напомнить про мой страшный диагноз.

– Я не виновата. Вы специально терзаете. Обойдетесь, не стану перед вами раздеваться.

– Упертая какая! Но мы всё равно подружимся. Пока не заставил пить эти невкусные таблетки, сними свитер, Кристина!

– Зачем вы принуждаете? Это аморально! – противилась его ненасытного взгляда, а потом он словно нарочно приблизился.

– Глупышка не понимает, что все скандалы бесполезны. Я старше и заставлю подчиняться. Избавляйся от одежды! – стремился подавить мою волю.

– Вы, наверное, плохо расслышали. Развратом не занимаюсь! – шарахалась его как огня. А потом он приблизился к аптечке и достал оттуда странную банку. Ужаснулась, когда он протянул ее мне.

– Непослушная девочка поплатится за свой гонор. Напомнить, кто ее опекун? Больная, недееспособная девица забыла принять лекарство.

– Пожалуйста, я не стану их пить! – сопротивлялась его влиянию, а когда он насильно сжал мои скулы, чтобы затолкнуть их в рот, чуть не расплакалась. – Глотай, будь умницей!

– Вы садист проклятый.

– Малышка, не нужно лить слезы. Снимай свитер или я еще укол тебе от бешенства сделаю. Дай поглядеть на тебя, – стремился проявить свое господство, и тогда находясь в полнейшей растерянности осталась в одной майке, в джинсах. Мурашки прошлись по всему телу, вряд ли он разжалобится.

– Довольны?

– До нижнего белья. Быстрее! – напоминал истинного зверя, который был на охоте. И только осталась в бюстгальтере в трусиках, его глаза загорелись от похоти.

– Мне холодно!

– Соски покажи. Кристина, что я сказал? – говорил, словно манипулировал моей жизнью.

– Вы сказали, что бывший приятель мамы. И продолжаете мучить?

– Чего стесняться? Оголись! – устроился диктатор на диване, открыв бутылку виски.

– Травите таблетками, я не стану соглашаться на это безумие, – воспротивилась, сгорая от стыда. К счастью, нас потревожил дворецкий, тогда сумела прикрыть тело покрывалом.

– Господин! Вас срочно ждут в компании.

– Старый осел! Не видишь? Я занят! Тебе, кто позволил меня тревожить? – рявкнул на бедного.

– Но заседание не начнут без вас!

– Плевать на них хотел. Моя воспитанница важнее! Следи за ней, она у нас непослушная девочка! – бросил каверзную фразу, а потом притянул меня к себе. – Когда вернусь, заставлю разгуливать тебя обнаженной. Можешь трусики не надевать, Кристина!

Покинул гостиную, а я с ужасом выдохнула, это истинный ад. Терпеть его домогательство, тогда обескураженная позвонила директрисе Вельвет.

– Как ты, милая?

– Он больной извращенец! Заберите меня, пожалуйста!

– Не надоело врать? Вижу, мы всё-таки плохо тебя воспитали, Кристина. Раз не способна благодарить.

– Этот мужчина сказал обнажиться. У него странные развращенные фантазии!

– Напомнить про клептоманию? Других обвинять научилась, а сама своих ошибок не признаешь! Не совестно? Он дал крышу над головой. Или выберешь психическую лечебницу? Разве так поступают? – читала мораль.

– Умоляю, он похож на насильника. Мне страшно с ним.