– Ведете ли, Роман Елизарович, в своих странствиях я сильно поиздержался, но главное, как Вы должно быть понимаете, я утратил документы, – тут я сделал многозначительную паузу, давая поручику возможность, самому догадаться. – Мне бы переодеться из этой робы, – я провёл рукой по камуфляжу, – во что-нибудь более подобающее, да хотя бы в более русское, что ли. Ну, и документы восстановить. Если берётесь помочь – карта Ваша.

Поручик задумался. Посмотрел на Алексея, тот, судя по выражению лица, половину Родины готов был отдать за настоящую масонскую карту. Похоже, поручик решился:

– С одеждой особых затруднений не будет. А документы… – Вы в каком полку служить изволили?

– В отдельной пластунской бригаде! – ляпнул я первое, что пришло в голову.

Офицеры обменялись взглядами.

– Никогда о такой не слышал! – заявил Старинов.

– А кто такие пластуны, слышали? – наехал я в ответ.

– Разумеется.

– И для чего мы нужны, я надеюсь, тоже знаете? – не сбавляя нажима, продолжил я.

– Безусловно.

– Ну, а раз так, то понимать должны, что есть вещи, про которые не всем подряд рассказывают.

– Ну, раз так, то такие документы Вам только в Вашем штабе и смогут выправить.

– Роман Елизарыч, да мне бы до штаба-то хотя бы добраться, а там уж наш генерал всё как надо оформит.

– Генерал? Разве теперь бригадами генералы командуют? Бригадиров уже не хватает? – удивился Алёша.

Блин! Бригадиры у них тут, видите ли. Про них я слышал, они только до девятнадцатого века существовали. Нет, до девятнадцатого века присваивали бригадиров, а потом перестали. А те, кому бригадира уже дали, они так и оставались бригадирами. Ну, если только их потом в генералы не производили, конечно.

– Алексей Николаич! – строго сказал я. – Бригада пластунская, особого, так сказать назначения, а раз так, то все чины в ней на один ранг выше. Понимать надо!

– Как в гвардии? – уточнил Старинов.

– Именно так, – подтвердил его догадку я.

Оба офицера впечатлились. Младший подошёл к поручику и начал что-то яростно шептать ему на ухо. Их импровизированное тайное совещание прервал голос Данилыча:

– Вашзурятство, я извиняюсь, токма смеркатся уже! Нам бы засветло на ночлег определиться! В дому-то, мыслю, всяко покойней.

Я был с ним полностью согласен, но было одно но: пока что мы с ними направлялись в разные стороны.

Не получив никакого ответа, Данилыч продолжил:

– Тут недалече деревенька иметца, там, чай, посудачить посподручней выйдет.

Поручик, видимо, привык к подобным проявлениям фамильярностям со стороны бывалого сержанта, потому что строить его не стал, а просто спросил:

– Недалече – это где?

– Дык вон, туды вёрст пять будет, – и он показал прямо вперёд по ходу движения их отряда. То есть в противоположном от Самары направлении.

« …Твою мать» – сказал Штирлиц и грязно выругался. Это совсем не по дороге.

– Да и Вы, вашзурятство господин прапорщик, засветло никуды не дойдёте, – обратился ко мне Данилыч. – Вёрст пятнадцать, почитай, ни деревень, ни постоялых дворов. А до Самары и верхами засветло не успеть. Так что Вы уж лучше с нами пожалуйте, а с утречка уж и в Самару, коль пожелаете. Можа из ихних кто-нито да и поедет, а Вы уж с йими.

В его словах была сермяжная правда и здравый смысл: мотели здесь отсутствовали как класс, а ночевать в поле… Да, ну, на хрен!

– Едемте с нами, Андрей Иваныч! – задорно поддержал его Алексейка. – А там за чайком, глядишь, и договоримся.

Я в принципе был уже согласен, поэтому заявил:

– От рюмки крепкого чая я и впрямь сейчас бы не отказался! Только вот что, господа… Я сегодня без малого вёрст сорок пешкодралом отмахал, нет ли где места на подводе для усталого путника?

Как говорится: «Лучше плохо ехать, чем хорошо идти». Желающие могут поспорить, но я вот, к примеру, не стану, хотя ехалось мне действительно не слишком удобно. Телеги вообще не очень комфортабельный вид транспорта.

Вот так, сидя рядом с извозчиком первой телеги, я и ехал, плохо или хорошо, но ехал. По обеим сторонам от меня на своих лошадях двигались офицеры. Данилыч с парой бойцов был отослан в головной дозор метров на сто вперёд. Весь остальной караванчик, снова построившийся в походный ордер кильватерного строя, неспешно катил по пыльной просёлочной дороге Самара-Челябинск.

А, кстати, у них здесь есть такая трасса или нет? Его, Челябинск, когда основали-то? Не помню. Да, что не помню?! И не знал никогда. Надо будет при случае поинтересоваться. Или не надо?