Тень крейсера зеркально принимала все повреждения Безымянного.

— У него есть план. Я знаю. Какой? Что он задумал? Флотилия. Он хочет уничтожить всю флотилию. Как? Тлоры наученные горьким опытом основными силами к нему и близко не подойдут.

Магический всплеск огромной силы разлетелся по округе, отголоски которого и до них добрался. Индивидуальные защитные техники сработали разом у всех. Двое, наиболее чувствительные, в управляющей рубке оказались в спасительной технике, обернувшиеся в глыбу льда. Кто-то постанывал, кто-то держался за голову. Весь эльдарский передовой флот качнулся, частично лишившись управления, два крейсера столкнулись.

Медленно экипаж приходил в норму и восстанавливал контроль над кораблями. Снежная, пришла в себя одной из первой и это она запустила два новых модуля в наблюдаемый сектор. И те новые данные, что она получила заставило и её подняться со своего места. Безымянный находясь в полном окружение медленно вращался, как и его тень.Совершать манёвры он не мог, «плыл» по инерции и когда торпедные аппараты ложились на курс цели, то те производили пуск. Каждый выстрел, как удар по наковальни, наносил чудовищные повреждения.

— Нет, эти его торпеды с антивеществом нечто.

— А где тлорцы? — мало что понимая, спросила Аелина.

— Не знаю. Вот видишь? Это их истребители, они все летят не пойми куда и не управляются. И не спрашивай почему.

— Да дут всё очевидно.

— Правда? — уставилась Снежная.

— Это давняя история, когда он жил среди орков, то узнал, что у них есть одно очень уязвимое место — удар молнии в нервный узел, он вызывает бурю в их нервной системе. Он вызвал бурю в маяке их флотилии.

— Молнии? — не поняла Снежные.

— Ну… он же маг молнии, полученное в результате сопряжения огня и воздуха.

— Это называется литье ядра. И нет, огонь и воздух рождает лаву. А молния формируется от воздуха и огня. И вообще у меня часто возникает вопрос, а мы точно про одного и того же говорим? Потому что этот, — указала она рукой, — как сильф ходит в призрачной форме и зовут его Лютый.

— Моего — Ар Чужой.

А ведь ещё и Создатель есть. Тот вообще бессмертный. Снежная напряжённо умыла руками лицо. Их что, трое? Он тени самого себя создал?

— «Мы падаем», — тоскливо заметила Дриада.

Не было сил даже пошевелиться. Безымянный своё отстрелял, теперь можно и расслабиться. Из 18 крейсеров тлоров на ходу осталось 4, остальные в плачевном состоянии, не факт, что они смогут восстановиться и покинуть сектор.

Ушлый давно уже не выводит список повреждений, они обширные.

— «Может всё же в спасательную капсулу?»

Как капитан может покинуть свой корабль? Не по-людски это. Так что остаётся лишь прикрыть глаза и дать себе несколько минут отдохнуть. Ушлый пытался дотянуться до всех возможных защитных систем и хоть что-то восстановить. Не спасти крейсер, а дать возможность ему не рассыпаться в атмосфере. Машинное мышление, крейсер нежилец.

Вокруг меня плотно обвили ветки и сжались, да так что стало тяжело дышать. Вот и Дриада решила мной заняться и готовит меня к тому, что скоро мы окажемся на планете с возросшим давлением. Так что активно начала готовить организм к возросшему атмосферному давлению.

— [Вход в атмосферу через 8 минут. Угол не оптимальный]

Он самостоятельно выпустил торпеду, которая устремилась к крейсеру Тлоров, но взорвалась об его защитное поле. Не то он так курс корректировал, не то на тлоров обиделся за повреждённый крейсер. Искины считают его своим телом, а Ушлый вошёл с ним в сопряжение.

— Тлоры очухались, — заметил я. — А ещё они на нас обиделись, и их флотилия двинулась в нашу сторону.

Последнее я говорил с улыбкой. Осталось только сесть и дождаться их прихода. Взглянул на курс полёта, мы заходим за планету, и та нас притянет.

— [Угол вхождения в атмосферу 38 градусов. Оптимальный не превышает 18]

Сейчас Дриада скажет, что мы падаем.

— «Мы падаем», — после этого Дриада исчезла.

Я улыбаюсь, ей хорошо, она спрятаться может. Готовлюсь в последний раз сделать размещение на крейсер, чтобы сдвинуть его столько раз, сколько потребуется для приземления.

— [Пора командир] — координирует меня Ушлый и я сдвигаю крейсер, сбрасывая его скорость до нуля, при этом нас знатно так тряхнуло. При этом часть крейсера явно отвалилоась.

Из 12 у нас три манёвренных двигателя и их Ушлый использует, чтобы не допустить неуправляемого вращения. Так-то крейсер в принципе не предназначен, чтобы в атмосфере летать, его сразу строят на космической верфи.

— [Пора командир]

Кажется, от нас отделился, какой-то крупный кусок крейсера. Запах палёной проводки проник даже на командный мостик, а ведь она самая бронированная и защищённая часть корабля. Скорость падения возрастала и крейсер медленно выпрямлялся, принимая горизонтальное положение. На такой посудине мы не сможем планировать с такими повреждениями.