— Как дела у Софи? — спрашивает Китти.

— Ну, у нее все в порядке, — живо отвечает Сара. — Надеюсь, она сможет заехать на бокальчик сегодня вечером. Правда, пока не ответила на мое сообщение.

— Не похоже на Софи, — замечает Китти, хмуря брови.

— А кто это? — спрашивает Оскар с заднего сиденья.

— Мамина лучшая подруга. Ты в жизни не встретишь более гламурной штучки. Ее муж член парламента. Правда, он кретин, но только самую малость.

— Китти! — возмущается Сара.

— Ну это же правда, мама. Ты и сама знаешь.

— На самом деле, он очень дружелюбный.

— Просто я до сих пор не понимаю, что Софи в нем нашла. Она слишком умна, чтобы быть гламурной женушкой. Из нее бы получился политик получше.

Телефон Сары чирикает — новое сообщение.

— Это, наверное, она. Можешь прочитать?

Сара слишком поздно вспоминает про Уилла, и теперь остается надеяться, что Софи не прислала ей ничего жутко интимного или даже Эйден, — но Китти уже выудила телефон из сумки Сары.

— О, — говорит Китти, — как жаль.

— Что там?

— Пишет: «Извини, на этих выходных полно дел. Передавай привет Китти. Поговорим на следующей неделе».

— Правда? — спрашивает Сара. — Какая досада.

Но Китти тут же перескакивает на другую тему, начиная планировать завтрашнее знакомство Оскара с ее школьными друзьями, которые как сговорились — все приехали домой на выходные. Машина наполняется смехом Китти и репликами Оскара с заднего сиденья, которых Сара не улавливает.

Все ее мысли сосредоточены на Софи. Она говорила, что Джордж на уик-энд уезжает — играть в гольф, кажется. Поэтому Софи вряд ли поедет с ним. И что такое важное она собирается делать все выходные, что даже не сможет отлучиться, чтобы повидаться с Китти и выпить хотя бы по одному бокальчику?

И, конечно, ответ тут же находится сам собой.

Уилл.

Я всегда любил наблюдать за людьми.

В городе это означает сидеть на летней площадке в кафе с чашечкой латте и книгой, притворившись, что ты читаешь. Ничего не могу с собой поделать.

Мне всегда нравилось наблюдать за людьми в моменты, когда их чувства особенно обнажены, раскрыты, уязвимы. Женщина, которая плачет в поезде и думает, что ее никто не замечает. Мужчина, пересчитывающий мелочь перед входом в паб. И потом пересчитывающий снова, потому что знает, что ему не хватит. Девчонка, играющая с телефоном в мучительном ожидании звонка. Она беспрестанно проверяет мобильный. А звонка все нет.

Но теперь мы не в городе, верно? Как только темнеет, прохожие исчезают с улиц, никто не спешит с работы домой; все уже попрятались по своим берлогам, забаррикадированы, в безопасности и тепле, как все прочие деревенские животные, каждый со своими надежно спрятанными тайнами.

И все они чувствуют себя в безопасности, верно? Никто и не думает ничего бояться. В городе все друг друга подозревают, ждут, что у них вытащат кошелек или на них нападет какой-нибудь уличный пьяница. Все напряженные, жесткие, готовы к действию.

Но здесь все по-другому. В десять все уже спят.

Ну, да это к лучшему. Мне даже нравится.

Можно спокойно бродить по деревне, не встретив ни души; можно стоять у них в саду и наблюдать за ними, за тем, как они смотрят футбол, или новости, или передачу «Корри», в тепле и безопасности, с открытыми шторами, выставляя себя напоказ для ночной темноты. Я пытаюсь их понять, но единственное, что приходит на ум…

Эти люди мне чужие.

Я не вписываюсь в их общество.

Стоит Саре открыть дверь, как собаки прыгают на Китти, и Оскар, который тащит оба рюкзака, отступает на шаг назад.

— Ты не боишься собак, Оскар? — спрашивает Сара.

— Нет конечно, — говорит он, но без особого энтузиазма в голосе.

Сара задается вопросом, неужели он не способен на больший темперамент, но потом великодушно решает, что парень неплохо уравновешивает Софи, которая вечно веселится и искрит, похоже, неисчерпаемой энергией.

Только Сара собирается снова открыть дверь коленом, держа при этом пакеты с покупками, как она неожиданно распахивается изнутри.

Первая мысль, что приходит Саре в голову: наверное, Софи передумала и все-таки заглянула повидаться с Китти и выпить хотя бы бокальчик. Но это не Софи.

Перед ней с широкой и немного виноватой улыбкой появляется Уилл.

— Привет еще раз, — говорит он.

И отступает, пропуская их внутрь. Китти, по всей видимости, вне себя от счастья при мысли, что она дома, с собаками и к тому же с Оскаром, бросается Уиллу на шею и целует его в щеку.