— Да, абсолютно, — говорит он. — Коттедж чудесный. Очень… тихий.

Она смеется в ответ.

— А как насчет работы?

— Следует наладить контакты с местными, но вообще, да — перспективы неплохие.

— А чем ты занимаешься, я забыла?

Повисает пауза, пока он въезжает на парковку, и она думает, может, он не услышал, но через время он отвечает:

— У меня нечто вроде терапевтического бизнеса. Организую франшизы [3] , все в таком роде. Оказываю помощь.

Машина останавливается, и Эйден глушит мотор. Потом поворачивается, чтобы посмотреть на нее.

— Я все тебе расскажу. В другой раз, — говорит он. — Ты выглядишь потрясающе.

Внезапный комплимент застает ее врасплох, и в горле у нее что-то перехватывает. Никто уже давно не говорил ей ничего подобного. Разве что Софи, только у Софи все потрясающие, «дорогуши», и это не то же самое. Совсем не то же самое.

Когда они проходят от парковки к пабу, Сара снова перебарывает желание вернуться. «Это все гормоны, — уговаривает она саму себя. — Соберись!» Эйден придерживает дверь, и она заходит внутрь, в теплое помещение с низкими потолками и неровным полом, покрытым ковром. А вот и Софи в черном платье, подчеркивающем ее длинные ноги, она улыбается и выглядит элегантно.

— Сара, дорогуша! Ну а вы, должно быть… Эйден Бек. Приятно познакомиться.

Она целует его в обе щеки и, делая это, умудряется подмигнуть Саре. Софи представляет ему Джорджа, который, судя по раскрасневшемуся лицу и энергичному рукопожатию, уже неплохо подкрепился. Тут же подходят Бекка с Дэниэлом, Лора и Марли, Пол и Эми, Йен и Диана. Сара здоровается со всеми, кто попадает в ее поле зрения.

Эйден отправляется к барной стойке.

— А он ничего себе, шикарный, правда? — громко шепчет Софи. — Как вы, неплохо общаетесь?

— Да я его почти не видела, — говорит Сара. — Он только вчера переехал. Был занят, разбирал вещи.

А еще Сара старалась не попадаться ему на глаза — не намеренно; просто ей особо нечего ему сказать. Не хочется набрасываться на несчастного. Не хочется создавать впечатление, будто она одинока. Ведь это совсем не так; у нее есть собаки, и Софи, и работа. А Эйден — просто старый знакомый, и больше ничего.

Тонкий голосок внутри напоминает ей: он только что назвал ее красивой, ровно пять минут назад. От него это прозвучало как нечто очень личное, все-таки столько лет прошло. Она задумывается, говорил ли он от чистого сердца или отвешивает подобные комплименты всем знакомым женщинам.

Ты обожаешь такие мероприятия: на них представляется возможность познакомиться с кучей новых людей в совершенно расслабленной обстановке, когда все чувствуют себя в безопасности. Они понятия не имеют, как много дают о себе узнать и как быстро.

Исключением из правила, пожалуй, можно назвать Сару, которая чувствует себя абсолютно не в своей тарелке. Ты думаешь, что Саре свойственен определенный страх социума. Как мило. Если принять во внимание ее работу, что в свое время принесла ей известность, и то, какой она была в университете — уверенной, сосредоточенной и спокойной, теперь все сильно изменилось. Как будто жизнь, выжав из нее все, изгнала и это. Ты думаешь: «Так вот что делает с человеком замужество и двое детей!» Женщина становится женой и матерью, а тот стержень, который в ней был… как бы это сказать… рассасывается.

Ты сталкивался с этим множество раз у клиентов, которые к тебе приходили, которые пытались найти себя заново. Делали попытки воскресить высохшую почву, пробовали найти возможность для роста.

Оросительные работы — это по твоей специальности. Сама мысль заставляет тебя улыбнуться.

С другой стороны, ее подруга Софи — тоже интригующий персонаж. Она очаровательна и умеет пофлиртовать, заглядывая тебе в глаза и легко касаясь руки, когда к тебе обращается, только проделывает она это со всеми, кроме собственного мужа. Он, конечно, зануда, таскается в ее свите с остальными присоединившимися друзьями, ржет как бешеный над собственными анекдотами и всем подливает выпивку в бокалы.

Ты пытаешься припомнить, что такого сказал перед тем, как садиться в машину. Что-то случилось, какое-то воспоминание или твои слова заставили ее загрустить. Горе накатывает на нее волнами; его можно нюхом почуять.

Только если спросить, она ни в чем не признается. Тебе она не расскажет. Но это неважно; ты прекрасно знаешь, что не стоит давить, когда человек находится в таком ранимом состоянии. Ты можешь и подождать. Скоро все и так прояснится.

К тому же тебя волнует еще один вопрос. Ее сын, Луис. Она сумела аккуратно уклониться от твоих расспросов, переведя разговор на ванную. Говорить о нем она не хочет.

Ты вспоминаешь, как в прошедшие годы получал фотографии в редких письмах, а потом следил по «Фейсбуку», как росли ее дети. Праздники, первые звонки в школе, утренники; Луис, обнимающий маму за шею. Они были близки, всегда были. Так что же там случилось?

Сара с Софи сплетничают, склонив головы друг к другу. Глядя на эту парочку, ты понимаешь, что из них двоих именно Софи, высокая, с блестящими темными волосами и почти непринужденной элегантностью, обладает более традиционной красотой.