Он вытащил связку ключей и разомкнул тяжелый навесной замок. Наверное, весь остров был для него как родной дом. Мы пересекли внутренний дворик, и, открыв зеленую дверь в основании маяка другим ключом, Сэм включил свет и пропустил меня внутрь. Я первой ступила на винтовую лестницу, казавшуюся бесконечной, и посмотрела через плечо.

– Думала, ты хотел поговорить.

– Немного спорта перед сном никому не помешает. – Он подмигнул мне, и вкупе с этим его высказывание стало двусмысленным.

– Я предпочитаю спорт по утрам, сразу после пробуждения.

– У тебя изменились предпочтения?

– Разве?

Сэм встал на ступень ниже меня.

– Раньше ты любила спорт в любое время дня и ночи.

Мои щеки вспыхнули. Я резко отвернулась и стала поспешно подниматься по лестнице. Через пять минут мои колени начали дрожать от напряжения. Промелькнула мысль, что мне правда стоило уделять больше внимания спорту – самому обычному, в фитнес-клубе. Я двигалась уже совсем не так бодро, как в начале, и на каждой ступеньке делала небольшую паузу.

– А где смотритель маяка? – пытаясь скрыть одышку, отрывисто спросила я.

– Ты разве не знаешь? Маяк автоматизировали. – Сэм положил ладонь чуть ниже моей поясницы и подтолкнул вперед. – Мы почти наверху.

В конце лестницы Сэм навалился плечом на белую деревянную дверь и открыл ее, несмотря на сопротивляющиеся снаружи сильные порывы ветра. Мы вышли на открытую платформу, которая опоясывала столб маяка прямо под застекленной макушкой с лампой, посылавшей сигналы кораблям. Если бы не металлическое заграждение по всему периметру, существовала бы реальная опасность улететь вниз на прибрежные скалы. В воздухе чувствовались соленые капли моря, острые, как крохотные льдинки, они впивались в кожу лица.

– Здесь отлично думается. – Сэм встал напротив меня. – Ветер уносит все лишние мысли.

– У меня вообще ни одной не осталось, – стуча зубами, ответила я.

Стараясь плотнее закутаться в шерстяное пальто, чтобы сохранить последние крупицы тепла, я с осуждением посмотрела на Сэма: то заставляет до дрожи в коленях карабкаться по лестницам, то морозит до смерти. Он покачал головой, но подошел вплотную, открыл молнию на своей черной куртке и укутал меня, вновь соединив ее края у меня за спиной. В первую секунду я окаменела, не зная как реагировать, а потом уткнулась носом в его мягкий свитер и обняла руками за талию.

Никакого флирта, только желание не умереть от холода.

– Посмотри вокруг, – сказал Сэм мне на ухо, посылая табуны мурашек вниз до самого копчика. – Что ты видишь?

Я высунула голову ровно настолько, насколько это было необходимо.

– Ничего? – Вокруг была беспроглядная ночь, пока тьму вдруг не разрезал свет маяка. – Все.

Сэм крепче сжал меня в объятиях.

– Пока мы были вместе, я точно знал, чего хочу от жизни. А потом… – Он замялся. – Я даже не понимал, как двигаться дальше. Все погрузилось во тьму. Без тебя.

Сердце пропустило удар.

– Жизнь как будто лишилась красок. Я знал, что поступил правильно, оставшись на острове, но больше не чувствовал себя счастливым. Но продолжал работать, придумывал, как сюда заманить побольше туристов. И вот тогда мое внимание привлек маяк. Смотритель тут уже не жил, а значит, можно проводить экскурсии. И вот как-то я стоял на этом самом месте, ничего не видя вокруг, и вдруг яркий свет выхватил в ночной тьме идущий мимо корабль.

Голос Сэма, низкий и бархатный, ласкал мой слух. Я расслабилась в его руках, закрытая от всего мира его объятиями.

– Знаешь, на какую мысль это меня навело?

Сэм посмотрел мне в глаза. Кончики наших носов почти соприкасались.

– Ты напоминаешь мореплавателя. Тебе не сидится в тихой гавани. Тебя манят горизонты, которых ты еще не достигла. Ты смелая и очень сильная. Другая бы на твоем месте осталась на Олдерни, но ты выбрала путешествие, полное приключений, в одиночестве, без поддержки. Ты словно тот корабль, который я увидел ночью. Он прошел мимо Олдерни. А сам я похож на смотрителя маяка. Указываю на опасные рифы, помогаю найти безопасный путь, но я навсегда привязан к своей земле.

От его слов защемило в груди.

– Мореплаватель и смотритель маяка нуждаются друг в друге, но не могут быть вместе. – Горячее дыхание Сэма коснулось моих губ. – Скажи мне, если я ошибаюсь.

– Я верю, что из любого тупика можно найти выход. Например, построить свой маршрут таким образом, чтобы проходить мимо одного и того же острова и часто встречаться. Да, это не целая жизнь, но лучше, чем ничего.

Он нахмурился, вглядываясь в мое лицо, точно хотел убедиться, что я говорю правду. Я едва заметно кивнула, подтверждая свои слова. Не знаю, понял ли он, что я процитировала его письмо, которое он так и не отправил. Сэм резко вдохнул, отчего его грудь уперлась в мою, и наши сердца забились в такт, точно услышав друг друга. Я видела, как его губы приблизились к моим. Почувствовала, как воздух между нами наэлектризовался. Его руки стиснули меня в объятиях, и мои колени совсем ослабли. Я прекратила дышать, отсчитывая секунды до того момента, когда его мягкие губы накроют мои. Но вот прошли пять, а затем и десять секунд, но ничего не произошло. Вместо поцелуя, о котором я грезила, Сэм отпустил меня и, снова открыв дверь внутрь маяка к винтовой лестнице, сказал: