На весь школьный двор раздался звонок, оповещавший о конце учебного дня. Позади Кейт дети сорвались с турников и с криками ополоумевших индейцев бросились к воротам. Я не видела Льюиса, но знала, что ровно через тридцать секунд он повиснет на шее матери, и она из ответственного редактора превратится в курицу-наседку, которую заботят протертые на коленях штаны и количество витаминов на квадратный дюйм обеда.

– Поцелуй за меня Льюиса, – перекрикивая шум, доносящийся из динамиков, попросила я.

– А ты береги себя, ладно? И напиши мне, как доберешься.

Я послала ей воздушный поцелуй, отключила телефон и, захватив с вешалки серое пальто, вышла из квартиры.

Джейми ждал меня на улице. Подняв воротник черной кожаной куртки и нацепив на нос солнцезащитные очки, несмотря на хмурое декабрьское небо, он стоял, привалившись к капоту «Астон Мартин» серебряного цвета. Я плохо разбиралась в марках автомобилей, но любимицу Джеймса Бонда узнала бы даже на ощупь.

– Матерь божья, ты что, угнал машину за миллион фунтов?

Джейми одним плавным движением снял очки, подхватил мою сумку вместе с пальто и понес к багажнику.

– А ты что, убила и расчленила гигантского омара?

Я фыркнула от смеха и осторожно опустилась на кожаное сидение Джейми захлопнул багажник, сел рядом и завел мотор. Приятный рокот наполнил салон. Машина была в идеальном состоянии и поэтому не могла принадлежать Джейми, который, в отличие от Кейт, умел заботиться только о самом себе.

– Нет, я серьезно, где ты взял эту машину?

– Получил в подарок на совершеннолетие, – равнодушно отозвался Джейми, включив поворотник и бросив взгляд на проехавшего мимо велосипедиста.

– Конечно. Всем подросткам дарят раритетные машины.

И тут меня осенило.

– Так погоди, ты шотландец, ездишь на «Астон Мартине» и за два года совместной работы ничего не рассказал о своем прошлом! И тебя на самом деле зовут не Джейми, а Джеймс! Ты и есть настоящий «агент 007»!

Сохраняя невозмутимое выражение лица, Джейми вырулил на проезжую часть.

– Конечно. А в заднем кармане джинсов у меня лицензия на убийство. Хочешь взглянуть? Если что, я готов помочь тебе спрятать труп омара.

Мы влились в бесконечный поток машин, направлявшихся в сторону аэропорта Гатвик. Я любила узкие лондонские улочки. Съехав от Кейт и Михи, я поселилась в Камдене, где было шумно и многолюдно, а на рынке можно было купить антикварные вещички и полакомиться самым разнообразным фастфудом: от традиционных фиш-энд-чипс до корейского кимчхи. Что-то успокаивающее было в этой кипящей жизни на расстоянии вытянутой руки.

– Я понимаю, почему ты сбежала с Олдерни, – нарушил молчание Джейми.

– Потому что там зимой слишком холодно и ветрено? – Я кивнула на его кожанку. – Как бы ты не заболел.

– Мне не идут бесформенные пуховики, – отмахнулся он и вернул тему в первоначальное русло. – Я бы взвыл в такой дыре, как Олдерни. Оттуда даже прямых рейсов в Лондон нет. Бр-р-р. А пересадка в Гренси длинная?

– Как повезет. Может, час, может, пять.

– Вот, шесть часов пути минимум.

Транспортное сообщение с Лондоном оставляло желать лучшего, но покинула родной остров семь лет назад я не из-за этого.

– Хочешь знать самый большой минус Олдерни? – хмыкнула я. – Там нет телестудии. Вещает одна-единственная радиостанция, и то только по праздникам.

Джейми медленно повернул голову и уставился на меня огромными от ужаса глазами.

– Матерь божья, Роуз, куда ты меня тащишь? А про интернет и тиндер там слышали? Чем я буду заниматься вообще по вечерам?

– Подозреваю, что читать бумажные книги. Кстати, вместо интернета олдернийцы предпочитают старые добрые сплетни, – рассмеялась я, хотя сердце больно кольнуло. То, к чему могут привести сплетни, мне было знакомо не понаслышке.

С Джессикой мы дружили с песочницы: вместе лепили куличи и покупали первые тампоны, отстригали друг другу челки кухонными ножницами и делились самыми сокровенными мыслями. А потом она влюбилась. В восьмом классе у нас появился новый учитель физкультуры. Двадцатидвухлетний Лео приехал на Олдерни из Манчестера и с особым энтузиазмом взялся за нашу спортивную подготовку. Сам он одно время профессионально играл в волейбол и в первую же неделю работы осчастливил нас открытием секции. Джессика, красная от смущения, потащила меня на отборочные мероприятия, а я и рада была оказать поддержку, иначе торчала бы в отеле, куда как раз заселилась делегация врачей-проктологов. В принципе, я ничего не ждала от этих отборочных, но, оказавшись посреди спортивного зала, обнаружила, что мне нравится тяжесть мяча в руке и что я могу точно и быстро делать передачи. Лео в тот же день позвал меня в основной состав, а Джессику, которая умирала как хотела проводить с ним время, не посадил даже на скамейку запасных.