Единственный смущающий момент состоял в том, что ему было странно такое резкое изменение в поведении этой молодой женщины. Буквально ещё вчера она испытывала к нему неприязнь. Максимум, терпела его существование. Подобное было хорошо заметно у такой прямолинейной личности. Но сегодня утром всё это кардинально изменилось и была не совсем понятна причина такой метаморфозы. Это было настораживающе, пусть и немного приятно. Ведь почти все любили нравиться людям, и он не был исключением.

— Как вы себя чувствуете? – продолжил Юджин разговор, садясь на стул рядом с койкой.

— Хорошо, – ответила она, а затем добавила с самой невинной улыбкой на лице. – Благодаря вам.

— Что же это… – парень хотел сказать, что это хорошие новости, но осёкся.

Его глаза удивлённо округлились, и он уставился на чернокожую женщину.

— Прощу прощения? Офицер Найт? – выдавил парень из себя.

— Как я понимаю, вы выполнили своё обещание и пришли сообщить мне эти приятные новости? – с лёгкой иронией в голосе спросила она.

— А? – был совершенно выбит из колеи Юджин, но быстро взял себя в руки. – Да. Жалобы больше нет, как я и обещал. Я человек слова.

— Спасибо вам, мистер Томпсон, – офицер Найт смотрела на него с той же улыбкой. – Если бы не вы, то моя жизнь была бы в опасности.

— Я не думаю, что жалоба была так уж опасна, – попытался сыграть в дурачка он, не совсем понимая к чему клонит его собеседница.

Молодая женщина, полусидящая на своей медицинской койке с приподнятой половиной, чуть наклонилась вперёд к нему, поморщившись от боли. Затем оглянулась в поисках лишних ушей, поманила его рукой и тише произнесла, когда он сделал то же самое:

— Я говорю о вашей экстренной доставке меня сюда и бинты.

— Офицер Найт, я не понимаю о чём вы говорите, – продолжил настаивать на своём парень, выпрямившись.

«Это плохо. Это очень плохо. Откуда она могла узнать?! Как?! Она же была в полубессознательном состоянии! Практически в отключке!», – дико метались в его голове мысли.

— Вот, – слабо щёлкнула та пальцами. – Это «офицер Найт». То, как вы произносите букву «т» на конце. Только вы так выделяете её. Не глухо, а ставя точку. Очень правильное произношение. Я же полицейская. Я обращаю внимание на такие вещи, мистер Томпсон, и я была в сознании. В самом начале, по крайней мере. И совет на будущее, используйте голосовой декодер. Они не дороги и их можно раздобыть любому желающему.

— Я…

— И я не собираюсь причинять вам каких-либо неприятностей, – не дала ему договорить она.

Офицер произносила слова тихо, да и Юджин успел проверить, что рядом никого не было.

— Слышал нападавший на вас погиб, – решил закинуть удочку парень, смотря женщине прямо в глаза и надеясь на чудо.

— И это настоящее благо, – оправдала его ожидания спасённая. – Тот, кто его СЛУЧАЙНО убил, этого не знал, но это был очень опасный преступник. Больше сказать не могу. Тайна следствия. Простите, мистер Томпсон. И примите мою благодарность ещё раз. За всё.

Чернокожая женщина выделила словом «случайно», делая очевидный намёк и убирая все вопросы.

— Что же, я рад, что смог помочь, – произнёс он, вызвав улыбку на лице собеседницы.

— Своему другу тоже передайте спасибо, – улыбка на её лице стала хитрой.

— Обязательно, – ответил Юджин, вставая со стула.

— Так, – почти сразу же в палату вошла медсестра и грозно посмотрела на него. – Время посещений окончено. Пациентке нужен покой.

— Конечно, мисс, – улыбнулся он своей самой обаятельной улыбкой, заставив работницу больницы сразу же успокоиться. – Я больше не буду нарушать покой и ухожу.

— Да, хорошо, – уже подобревшим голосом ответила медсестра.

— До свидания, офицер Найт, – попрощался парень с полицейской, направляясь к двери.

— Мисти, – ответила ему чернокожая женщина. – Меня так называют друзья, мистер Томпсон.

— Юджин, Мисти, – произнёс он и козырнул ей двумя пальцами. – Меня так зовут друзья.

— Я запомню, Юджин, – ответила ему тем же жестом та, чуть поморщившись от такого движения.

— Мисс Найт, нужно быть осторожной, – тут же накинулась на неё медсестра.

— Простите, медсестра Ривс, – донеслось до него извиняющимся тоном, когда он уже покинул палату и оказался в коридоре.

Это было очень странное утро. Нет, это были очень странные сутки. Линчеватель и друг осудил его, а полицейская и недоброжелатель, наоборот, выразила благодарность. Да, ситуации и обстоятельства были совершенно разные, но сам факт был весьма ироничным. Та, кто наоборот должна была быть непримирима к такому исходу для преступника, это одобрила, а вот тот, кто и сам занимался не очень легальным делом, был идейным и против.