— А мне неважно как. Только с кем имеет смысл. Хоть здесь и сейчас. — бомбит с запалом.

Но всё же сползает на землю, заливаясь более насыщенным румянцем. Смотрит при этом прямо, ровно, чётко, выразительно. Глазами прямо-таки давит.

— Не хочу, чтобы ты потом жалела.

— Ладно. — неопределённо пожимает плечами. Отшагивает ближе к обрыву, но оборачивается и высекает с усмешкой: — Если что, ты сам виноват. Запомни этот день, мальчик, когда ты упустил свой шанс поиметь Крис Царёву.

Эта сучка откровенно дразнится. Глазищами сверкает, как хитрая лисица. Догадываюсь, что это отсылка к нашему разговору наутро после проведённой в сауне ночи.

— Фурия, блядь! — рявкаю, наступая на неё.

Она не сдвигается с места, продолжая дразнить меня многозначительными взглядами. Когда почти настигаю, ловко изворачивается вбок и несётся вниз по склону.

— Если догонишь, я подумаю, дать ли тебе второй шанс, мальчик! — кричит сквозь смех. — Или дать ли тебе вообще! — входит в кураж моя стервозина.

Мы оба знаем, чем кончатся догонялки. Я выиграю. Но всё же позволяю себе дурачество, бегая за задыхающейся от движения и смеха Фурией. Когда выдыхается, подмечаю это сразу. Нагоняю. Ловлю. Проворачиваю лицом к себе и делаю подсечку. Крис вскрикивает, испугавшись падения, но я легко и неторопливо опускаю её на изумрудную траву, накрывая девичий стан своим раскалённым телом. И позволяю себе больше, чем планировал. Я срываюсь, стоит только окунуться в её глаза. С жадностью и напором атакую отравленные уста. Заталкиваю язык в её влажный жар, приглашая на неравный бой. Только в нём я готов пасть. Немного сдвигаюсь вбок и с одержимостью маньяка просовываю ладонь ей между ног. Раздвигаю бёдра. Сминаю эластичную неплотную ткань леггинсов в районе опаляющей промежности.

— О-о-о-о! — протяжно стонет Ненормальная, выгибаясь навстречу.

Мычит, пытаясь что-то ещё сказать, но я не спешу освобождать её рот и возвращать возможность говорить. С однозначным посылом трётся о мою ладонь, стремясь получить то, на что я так опрометчиво её подсадил. Выталкивает мой язык и с безумным блеском в глазах поощряет:

— Смелее, Андрюша. Раздень меня.

Уперевшись пятками, выгибает спину, приподнимает таз и сминает резинку лосин. Только раздеться я ей не даю. Перебросив вес на оба локтя, ложусь сверху и снова целую. Фурия хнычет, капризничает и требует. Я еле сдерживаюсь, чтобы не скопировать её поведение. Сексуальное желание слишком сильное. Я мечтаю получить её тело без границ и запретов, но той серой жижей, что была мозгом, всё же соображаю, что всё должно случиться по-другому. Как минимум, блядь, не на улице.

— Крис, притормозим сейчас. — выбиваю сквозь сжатые зубы и перекатываюсь на спину.

Жадно вдыхая заряженный воздух, роняю веки и восстанавливаю стабильную работу организма.

Недолго.

Чувствую быстрое движение рядом, а следом тяжесть девичьего тела сверху. Она седлает мои бёдра, прижимается грудью к грудной клетке и сама толкается к губам, инициируя продолжение того, что я так настойчиво пытаюсь остановить.

Я далеко не святой. У меня есть терпение, но и оно охренеть как далеко от ангельского.

Сдавливаю бёдра Ненормальной, вынуждая замереть на месте, а не ёрзать по мне, доводя до естественного финала.

Сложно поверить, что она вот так в один миг преодолела все свои страхи. Я не силён в психологии, но всё же могу сделать вывод, что все её барьеры были исключительно в голове, но не факт, что Царевна не стушуется, как только дело зайдёт дальше.

— Фурия, пожалуйста… — хриплю, разлепляя веки и сразу замечая яркий румянец.

— Почему? — выталкивает глуховато, уводя взгляд в сторону.

Перевожу дыхание и перекидываю руки на поясницу и лопатки, прижимая к себе.

— Потому что я не хочу так с тобой.

— А как хочешь? — шепчет, оставляя короткие влажные поцелуи то тут, то там на лице и шее.

Медленным движением убираю длинные шоколадные волосы за ухо и чмокаю в кончик носа.

— Красиво. Романтично. Без спешки до и после. — на этих словах краска на её мордашке становится ярче. — Хочу долго целовать и ласкать тебя. Везде.

Ма-а-ать, как же меня прёт от её смущения, несмотря на её смелые заявления и действия.

— Везде? — вопросительным эхом вторит Кристинка.

— Абсолютно. — киваю серьёзно, но улыбку сдерживать приходится.

— Даже… там?.. — скатывается глазами туда, где наши интимные зоны прижаты друг к другу в тесном контакте. Снова киваю. — Я имею ввиду целовать. — уточняет и падает на меня, пряча лицо.

Поднимаю уголки губ в улыбке и подтверждаю:

— Везде.

— Но это же… Это… Фу! — бурчит в шею, а мне кажется, что чувствую жар её стыда кожей.

— А я хочу всю тебя попробовать. — отбиваю, расчёсывая пальцами спутанные волосы.