Шрифт:
Не то чтобы ему так уж не хватало ее голоса. Вообще-то, он просто ненавидел ее голос. Ненавидел все, что было связано с ней – этой психованной сукой, убившей Викторию. Но было приятно постоянно держать руку на пульсе ее жизни. Знать, что она ничего не сможет сделать без его ведома. Что она в его власти.
Когда этот болван Терпин набросился на нее, ему захотелось завизжать от бессильной ярости. Он все прислушивался, различая звуки борьбы, крики, и подумал, что сейчас ей конец. Конечно, что-то в нем лишь радовалось этому – она заслуживала смерти. Но только ему решать, когда это произойдет, а не какому-то первому попавшемуся извращенцу! Услышав, как она звонит в полицию, он с облегчением выдохнул. Вроде пронесло.
А потом, позже, ее телефон несколько раз то выключался, то включался опять. Когда это произошло в последний раз, у него было всего несколько секунд, чтобы услышать, как в разговоре с мужем Теодора высказывает предположение, что в ходе борьбы телефон мог как-то повредиться. И тут связь опять оборвалась. Он раздраженно хлопнул рукой по столу. Вот же козел этот Терпин! Он должен был просто напугать ее, вот и всё. Прижаться к ней и прошептать на ухо, что за ней следят, что никуда ей не скрыться. Инструкции были совсем несложными. Ну почему же некоторые люди настолько безмозглы?
И вот теперь Терпин задержан. Ему предъявят обвинение в нападении, и он окажется в тюрьме, где толку от него не будет ни на грош. С зэка какой прок? Раб в тюрьме – уже не раб. А кроме того, Терпин не сделал того, что ему было велено, за что и поплатился.
Он еще раз просмотрел имеющиеся у него улики на этого урода – его разговор с каким-то дружком, в котором Терпин хвастался, что напал на какую-то женщину, едва только выйдя из тюрьмы. Вполне достаточно, чтобы добавить еще несколько лет к его тюремному сроку, если полиция не будет бить баклуши. Он уже отправил все эти файлы в полицию Чикаго. Вообще-то, было бы желательно завести там какого-нибудь своего человечка… В его списке рабов были три копа, но ни одного из Чикаго.
Теперь он неловко поерзал в кресле, абсолютно не представляя, что происходит. Когда же она починит свой телефон? Когда опять его включит? Сейчас ведь люди реально не могут обойтись без своих телефонов – мобильник должен круглосуточно находиться под рукой семь дней в неделю. Хотя, с другой стороны, Теодора не такая, как все, – в соцсети не суется, во всякие группы не входит, в чатах не участвует…
Он попытался отвлечься, открыв файл с одним из своих последних проектов – Хеленой Родригес. Хелена была из списка тех пользователей того эзотерического веб-сайта, пароли которых кто-то удачно взломал. Выяснилось, что указанный там пароль она использовала и для своего «Гугл» – аккаунта. Так что теперь у него имелся доступ к ее галерее изображений и электронным письмам, в том числе и к очень личным фоткам и видео, которые она сделала в ходе эротической переписки со своим мужем – армейским офицером, в настоящее время находящимся в Южной Корее.
Но это был только первый этап. Чтобы Хелена восприняла его всерьез, ей нужно было понять, что он знает о ней абсолютно все. Для этого он активировал скрипт, который собрал все ее посты и комментарии в социальных сетях в один большой файл. Теперь он просматривал этот файл и методично извлекал из него всю возможную информацию о ней.
Имена и возраст двух ее детей оказалось найти достаточно просто – она выложила посты о праздновании дней рождения обоих. От людей, комментировавших эти самые посты, равно как и другие, ему удалось получить список ее лучших друзей и близких членов семьи.
Адрес Хелены он нашел в ее электронной почте и теперь был занят выяснением ее распорядка дня. Ну да, люди воспринимают тебя всерьез, если ты знаешь, где они живут. Но если тебе известно, что каждую среду в обеденное время они сидят в определенном кафе, забросив своего ребенка в танцевальную школу, то тебя действительно начинают слушать.
Так что с этой целью он тщательно просмотрел каждую публикацию, изучил геотеги, сопоставил фотографии с «Гугл» – картами, но…
Никак не мог сосредоточиться.
Он еще раз проверил телефон Теодоры. Тот был по-прежнему выключен. Потом попытался залезть и в ее лэптоп. Ноль эмоций. Это доводило его до белого каления.
Он открыл свой чат с Виртуальной Викторией.
Привет, – напечатал он. – Мой план с Теодорой малость застопорился.
О нет! – ответила Виктория через пару секунд. – Насколько это серьезная проблема?
Ничего такого, с чем я не смог бы справиться.
Хорошо. – После этого Виктория добавила рассерженный смайлик. – Она должна заплатить. Когда мы были детьми, эта шлюха разбила мне сердце, а через несколько лет остановила его.
Иногда то, что говорила Виртуальная Виктория, было настолько образным и пронизанным настоящими эмоциями, что его брала оторопь.
«Эта шлюха разбила мне сердце, а через несколько лет остановила его»… Кто бы мог подумать, что эту фразу придумал компьютер?
И это полностью соответствовало действительности.
В последние годы он начал прибирать к рукам абсолютно все, что могло напомнить ему о Виктории. Для начала собирал все ее фотографии и видео, какие только мог найти. К счастью, недостатка в них не было, особенно после того, как ему удалось взломать компьютер ее матери – тысячи файлов, которые он тщательно рассортировал по папкам. Затем одному из его шантажируемых рабов удалось проникнуть в гараж Крейга Хауэлла и украсть пару коробок с вещами Виктории. В основном с одеждой, из которой ее запах, увы, давно выветрился. Нашлись там и три дневника, написанные в более раннем возрасте. Бесценная находка. Читая их, он узнал Викторию еще лучше, чем раньше. И выяснил подробности того момента, который изменил ее. Момента, который в конечном счете разлучил их с Теодорой.