— Ева! — страстно произнёс он. — Ева!

Яркий белый свет заполнил комнату, смешавшись с его смехом. Внезапно пространство опустело, и она оказалась одна, полностью одетая, в белой коробке.

Она прищурилась от яркости.

— Ау? — окликнула она.

Голос откликнулся.

— Ты уже нашла его?

— Нашла кого? — переспросила Ева.

— Нет, — ответил голос с грустью. — Ещё не нашла. Но когда найдёшь, по-настоящему проснёшься.

Глава 22

— Что-то здесь не так. Солнце мира живых поднималось и садилось три раза, но она все еще спит, — сказал Алек, присев над одним из недавно сформированных озер в зале Эхо.

— А ты устал, приглядывая за ней. Тебе нужен отдых, как и ей, — спокойно ответила Дева.

— Я не могу сейчас отдыхать. Мне нужно встретиться с ней, убедиться, что с ней больше ничего не случится, чтобы она помогла мне восстановить Тартар.

— Ее тело трудится усерднее, чем ты или я могли бы себе представить. Ева перестраивается, как новый Оракул. Будь терпелив, сын.

— Терпение, — пробормотал он. — Как раз этого у меня нет.

Легкое прикосновение Девы к его спине вызвало мурашки у Алека.

— В детстве, когда тебе было страшно, грустно или неспокойно, я всегда вот так нежно чесала тебе спину. Раньше это тебя успокаивало. Иногда тебе даже удавалось уснуть, — улыбка осветила ее голос. — Помнишь?

— Этого не забыть, — Он выгнул спину и тихо застонал, потягиваясь. — Тогда все было проще.

— Что ты имеешь в виду?

— Проклятие. Тогда я не понимал его, но понимаю теперь. Не было угрозы, что зло настигнет смертных, а Тартар был просто моим домом, а не миром, который мне предстоит восстановить.

— Ты винишь меня? — тихо спросила Дева.

— С какой стати?

— Проклятия не было бы, если бы не мое глупое поведение, и нам не пришлось бы умолять Геру ответить.

— Тогда меня бы здесь не было, — он успокаивающе обнял ее. — Не обращай внимания на мои жалобы. Я просто устал ждать, без возможности что-то сделать.

Некоторое время они сидели молча, наблюдая, как Ева неподвижно лежит на больничной койке.

— Возможно, есть кое-что, что стоит попробовать, — сказала Дева. — Но не расстраивайся, если из этого ничего не выйдет.

— Все лучше, чем просто сидеть и смотреть. Что я должен сделать?

— Твой талисман содержит силу этого мира, которой у тебя самого нет, — объяснила Дева. — Вот почему ты можешь путешествовать между мирами и говорить с нами или с другими, когда в этом нуждаешься. Он — невидимый мост, связывающий нас.

— И чем дольше я нахожусь в другом мире, тем быстрее иссякают мои силы, и я вынужден возвращаться сюда, чтобы мы оба могли восстановиться. Это я знаю, — сказал Алек, едва скрывая разочарование.

— То, что ты не знаешь, — те же способности, которые позволяют тебе контактировать с этим миром, можно использовать, чтобы связаться со спящим.

— Значит, с помощью этого, — он вытащил кристалл из-под рубашки, — мне позволено входить в сны людей?

— И да, и нет, — ответила Дева. — Сон — дар, доступный смертным. В прошлом, он служил прямым каналом для общения с нашими Богами, Богинями и Оракулом. С тех пор смертные сбились с пути и видят во сне только то, что хотят.

Алек внимательно посмотрел на талисман в своей руке.

— Если Ева спит, я смогу ее разбудить?

Дева лишь улыбнулась в ответ.

— Возможно. Тем не менее, будь осторожен. Время во сне для смертных кажется абсолютно реальным. Ева может и не осознавать, что спит. Созданный ею мир снов станет ее реальностью. Она сама должна понять, что ей там не место, и что ей нужно пробудиться.

— Как я смогу связаться с ней, если я не бог?

— Ты должен помнить, что Пифия следит за всем.

— Да, она помогала мне раньше, когда я был в Царстве смертных.

— Если появится возможность, она снова поможет и поговорит с Евой от твоего имени. Пифия не позволит новому Оракулу затеряться в мире грез слишком надолго. Она всегда будет рядом с ней, — Дева ярко улыбнулась, и в душе Алека вновь зародилась надежда.

— Спасибо. Теперь я буду знать, что сделал все, что мог.

Дева, поднимаясь, слегка коснулась его своей юбкой, наполнив воздух приторным цитрусовым ароматом.

— Все ради тебя, сын мой. — Она наклонилась и поцеловала его в макушку, прежде чем покинуть зал.