Шрифт:
Сажусь на зад, упираясь спиной к стене. Ни стульев, ни стола. Просто пустое помещение. Может, пыточная какая-то?
По коридору слышатся шаги. К двери подходит высокий мужчина, одетый в спортивный костюм. Он что-то говорит омоновцам, пожимает им руки, один из них подходит к двери, открывает её. Мужчина заходит во внутрь, дверь за ним закрывают.
– Привет. Можно узнать твоё имя? – спрашивает он, подойдя ко мне.
– Ев…
Удар с ноги по виску. Мир кружится, я падают на бок, бьюсь головой об пол. Яркий свет на секунду ослепляет глаза,
– Евгений, я знаю. Рассказывай.
Он садится на корточки и смотрит на меня. Признаюсь, стало страшно, но он и сам не осознает, в какой опасности находится. Если я пойму, что плана “Б” больше нет, то продам его.
– Что рассказывать?
Он ударил меня по лицу ладонью. Прямо как те полицейские в лесу.
– Дурака из себя не строй.
В голосе не читается злость, его движения отработаны. Это не какой-то заказной вышибала, он сам из полиции, я уверен.
– Я не понимаю.
Он снова шлёпает по лицу, но на этот раз больнее.
– Последний шанс. Зачем убил тех двоих в больнице? С кем ты работаешь?
– Я не понимаю…
Он встал на ноги, подошел к решетке.
– Дай воды, – говорит он.
Омоновец передает полторашку через решетку. Мужчина в спортивном костюме достаёт полотенце с кармана, смачивает его водой. Подходит ко мне, поднимает меня за плечо, разворачивает и кладёт на лопатки. Коленом прижимает грудь, кладёт мокрое полотенце мне на лицо.
И тут я начинаю задыхаться, сразу же, моментально. Вначале я по привычке попытался дышать через полотенце, но вода резко заплыла мне в легкие через нос. Я начал кашлять, но из-за того, что полотенце всё ещё лежало на лице, освободить лёгкие от воды не получалось. Наоборот, после кашля я начинал новую попытку вдохнуть, из-за чего порочный круг повторялся.
Стало страшно, очень. Это было хуже удушения, меня будто топили, только медленно, с мучениями.
Я попытался кричать, но кроме хрипа из горло ничего не выходило. Я вспомнил, как задыхался трубкой от ИВЛ. В память врезались воспоминания, как я терял сознание в больнице.
Полотенце с лица убрали, я сделал судорожный вдох и начал беспрерывно кашлять, вода вылетала соплями из носа и вместо с рвотой изо рта.
– Ну что, говорить будешь?
Я начал быстро махать утвердительно головой.
– Да! – ещё один спазм схватил мои лёгкие, опять начал кашлять.
Вдруг полотенце снова положили на моё лицо.
“Нет” – хотел выкрикнуть я, но не получилось. Я попытался задержать дыхание, но рефлексы быстро сдались и я вновь начал кашлять, захлебываться водой.
“Продать! Продать!” – но слова никак не хотели выходить из моего горла.
Полотенце убрали, я снова выблевал воду, слёзы лились из глаз, склеры сильно щипало, я ничего не видел.
– По-ать, – крикнул я, икнув.
[НАРУЧНИКИ. 750 РУБЛЕЙ]
Я видел ноги перед собой, он снова лил воду на полотенце, я схватил его за сапоги, но он резко на это отреагировал и ударил меня по виску.
Мир потемнел, я потерял сознание.
Глава 16 - Ангел.
Я проснулся, не в силах двигаться: тело, руки, ноги – всё было плотно перевязано веревками. В рту ощущалась тряпка, а голову сдавливал несколько слоёв скотча.
Мычу, пытаюсь выбраться, ничего не выходит.
Тот мужчина в спортивном костюме сидит напротив клетки на стуле. В его руках пистолет.
– Ну что, проснулся? Давай, Гудини, попробуй выбраться. Не получается?
Я пытаюсь сказать “продать”, но из-за кляпа ничего не выходит.
Чёрт, я и правда в ловушке.
Он наводит пистолет на меня.
– Теперь у меня ещё больше вопросов. Пацаны говорят, что наручники исчезли. Мы их не нашли. Давай, рассказывай, как ты это сделал.
Я открываю глаза: пистолет по-прежнему направлен на меня. Но я не испытываю страха перед пулями – у меня есть чем ответить.
И, как он собирается получать от меня ответы, когда я не могу говорить? Я мычу в ответ.
Он стреляет, попадая мне в ногу. Резкая боль отдается в колене. Почему пуля не продалась?
– Не услышал, давай ещё раз.
Снова мычу. Он опять стреляет.