Смотрю на медсестру: глаза плывут, взгляд не испуган, скорее заинтересован. На ногтях пятна от былого маникюра, спина сутулая, помада с губ уже вышла за края, пачкая нижнюю губу.

[ВАС СНОВА ОБНАРУЖИЛИ. У ВАС 1 ЧАС И 32 МИНУТЫ ДЛЯ УСТРАНЕНИЯ ВСЕХ СВИДЕТЕЛЕЙ]

Значит, остался час. Кто-то показал моё видео еще кому-то. Остается только надеется, что я успею быстро разобраться с оставшимися делами.

У меня, как раз-таки, есть кое кто на примете.

Хватают медсестру за руку, захлопываю дверь.

– Что ты…

– Продать.

[ЖЕНЩИНА 43 ЛЕТ СО ВСЕЙ ПРИЛЕГАЮЩЕЙ СОБСТВЕННОСТЬЮ. 5.608.200 РУБЛЕЙ]

Всё, самое сложное позади – надо было начать. Теперь, дальше, должно стать проще.

Открываю дверь, захожу в комнату. На столе лежат две небольшие бутылки виски или коньяка, печеные пироги, по бумажным тарелкам разложена жареная курица.

Рядом с пирогом на самом краю большой металлической тарелки лежит нож.

Достаю быстрым движением пистолет из кармана и наставляю на одну из женщин. Та, которая полнее.

– Ложись на пол! Быстро!

Она первые пару секунд смотрит на меня в растерянности, потом поднимает руки, удивительно быстро начинает плакать и кричать. Вторая женщина хватает кухонный нож со стола.

Это было слышно достаточно отчетливо: грохот лезвия, прошедшего по металлической тарелке, не сложно узнать.

Поворачиваюсь обратно, не даю себе слишком много времени раздумывать о своих поступках и сомневаться в действиях.

Стреляю ей в грудь.

В ушах звенит, на секунду мир зашатался.

Она роняет нож, падает на спину, начинает что-то говорить, но я не слушаю.

Поворачиваюсь обратно к столу, надо что-то придумать, что-то предпринять.

Есть идея.

Хватаю скатерть со стола, тяну на себя, еда падает на пол, но звука я не слышу. Накрываю скатертью лицо раненой женщины, чтобы она ничего не видела.

Крик первой женщины, пытающейся спрятаться под столом, пробивает звон в ушах.

Я нагибаюсь к ней, кладу руку на спину.

Я говорю продать, но не слышу себя.

[ЖЕНЩИНА 52 ЛЕТ СО ВСЕЙ ПРИЛЕГАЮЩЕЙ СОБСТВЕННОСТЬЮ. 4.660.080 РУБЛЕЙ]

Последняя женщина ещё жива, подхожу к ней. Под накрытой скатертью растекается лужа крови.

Беру её за лодыжку.

Спазм в горле, поворачиваю голову, напрягаю шею:

– Продать.

[ЖЕНЩИНА 39 ЛЕТ СО ВСЕЙ ПРИЛЕГАЮЩЕЙ СОБСТВЕННОСТЬЮ. 2.540.000 РУБЛЕЙ]

Шесть.

Выхожу из палаты, на звук выстрела должны были собраться оставшиеся пациенты, которые могут ходить.

Но никого всё еще нет. Иду в следующую палату.

Опять-таки там лежат престарелые люди. И снова в палате, рассчитанной на двух – находятся трое. У одного мужчины нету обеих ног. У оставшихся двоих ничего примечательного не обнаружил.

Подхожу к последнему – крепко спит, поднимаю одеяло за край одной рукой и закрывая старика по голову.

Оглядываюсь, один мужчина смотрит на меня, сильно вбок скосив глаза. Тот, кто без ног – тоже глядит в мою сторону.

– Отвернитесь.

Но, на самом деле, это не поможет. Слишком опасно, они могут обнаружить мою способность.

В голове мысль – продать глаза. Лишить их возможности видеть.

Сделать так с каждым из пациентов. Лишать зрения, подходить, закрывать одеялом и убивать.

И так со всеми оставшимися…

Всего-лишь сорок четыре человека. У меня должно хватить времени сделать это с каждым. Только в этом корпусе уже тридцать человек. Скоро задание будет выполнено, и я получу возможность вернуть Лейлу и Артёма.

Рука дрожит, одеяло мокрое, липкое. Пистолет в другой руке.

Нет, так нельзя.

Нет.

Я…

Мужчина просыпается, слабой рукой пытается стянуть одеяло обратно, но у него это не получается.

– Я не могу.

Напряжение в груди резко ослабевает.

Я и правда не могу этого сделать.

Мир возвращает яркость, сильный запах фекалий бьет в ноздри.

Я отхожу к стене. Сзади подоконник, закрытый на решетку.

Сползаю по стене вниз. Сажусь.

Отпускаю пистолет на пол и хватаюсь за лицо.

Что я делаю?

Ладони сползают по скулам, прикрывая мой нос и рот.