Дойдя до дома бригадира, я остановился в тени, осмотрелся. В нескольких окнах горел свет, но улица была пустынна. Я быстро прошмыгнул к нужной двери и постучал. Негромко, но так, чтобы внутри услышали. За дверью раздались шаги. Я надвинул капюшон плаща на лоб и натянул ворот термобелья на подбородок, оставив открытыми только глаза.

– Кого там черти принесли?! – раздался злой голос из-за двери.

– Открывай, побеседовать надо, – ответил я, стараясь говорить ровно, борясь со злостью, которая бушевала внутри.

– Я никого не жду, убирайся прочь! – рявкнул он.

Клинок скользнул из ножен почти бесшумно. Я рубанул им по замку, а затем со всей силы выбил дверь ногой. Она с грохотом распахнулась, припечатав хозяина к стене. Тот свалился на пол, шлепнувшись на пятую точку.

«Упс, – мелькнуло в голове. – Обещание-то не сдержал. Хотя… он сам виноват».

Я вошёл внутрь, окинув взглядом небритого мужика в трусах, который сидел на полу, зло сверкая глазами.

– Что тебе надо, урод?! – прохрипел он, пытаясь встать.

– Где деньги за страховку Генри?! – рявкнул я, шагнув вперёд.

– Какого ещё Генри? – он нагло ухмыльнулся, но в его глазах мелькнула тревога.

– Не прикидывайся! Сегодня вы должны были выплатить ему страховку, но вместо этого вышвырнули на улицу!

– А, так ты за этого пьянчугу просить пришёл? – он встал, пытаясь выглядеть уверенно. – Он сам виноват! Это он нам должен пятьдесят кусков!

– Я не просить пришёл, – холодно сказал я. – А забрать то, что ему причитается.

– А если я скажу, чтоб ты шёл в жопу?! – он бросил мне вызов, но голос дрогнул.

– Я обещал, что не трону тебя, – я усмехнулся, отходя в сторону. – Но вот она ничего не обещала.

Из темноты за моей спиной плавно вышла теневая пантера. Её синие глаза загорелись в полумраке, а низкий, глубокий рык заставил воздух содрогнуться. Хищница медленно обошла меня, уставившись прямо в глаза бригадиру.

Он замер. Его лицо побелело, а под ногами начала расползаться пахучая лужица.

– С-синтэксы… – он заикался, пятясь назад. – Я… я отдам! Только убери её!

– Умный парень, – я кивнул. – Неси.

Он, едва переставляя ноги, развернулся и поплёлся в комнату. Мы с пантерой перешагнули через зловонную лужу и последовали за ним. Бригадир дрожащими руками открыл шкафчик, достал свёрток с синтэксами и передал мне. Пока он жался к креслу, словно пытаясь стать частью мебели, я быстро пересчитал деньги.

– Тут только тридцать! Где остальное?

– Остальное у Ральфа, – пробормотал он, не поднимая глаз.

– Тогда где Ральф? – я шагнул вперёд, и пантера за мной. Её рык заставил бригадира вздрогнуть.

Он быстро продиктовал адрес, где жил начальник фабрики. Я кивнул, затем попросил посмотреть на стену. Бригадир, не понимая, что происходит, повернул голову. В этот момент я со всего размаху ударил его рукояткой клинка по затылку. Он осел на пол, потеряв сознание.

– Пусть думает, что пантера ему приснилась, – пробормотал я, оттаскивая бессознательное тело к кровати и закидывая на неё.

Сегодняшняя ночь ещё не закончилась. Остался ещё один визит. К Ральфу.

Дом Ральфа я нашёл без проблем. Однотипные двухэтажные домики, каждый за высокой оградой. Даже в нашем вонючем районе была своя так называемая элита. Они строили из себя жителей центра, но, по сути, были такими же отбросами общества, как и большинство местных.

Я, стараясь не шуметь, перелез через ограду и прокрался к двери на задний двор. Спрятав лицо, срезал замок и приоткрыл дверь. В доме царила тишина. Свет горел на первом этаже: в кухне и коридоре. Я заглянул в кухню. За столом сидел охранник, увлечённый «серьёзным делом»: с приспущенными штанами листал журнал.

Он был так занят, что даже не услышал, как я подкрался сзади. Моя ладонь резко зажала ему рот, а плазменный кинжал упёрся в горло. Охранник дёрнулся, но, услышав моё предупреждение, замер. Я шепотом приказал:

– Посмотри направо.

Он повернул голову и увидел пантеру. Замычал, но я сжал ему рот сильнее.

– Дёрнешься или пикнешь – ты труп. Усёк? Она сегодня ещё не ужинала.

Я повернулся к пантере:

– Если слезет со стула или пискнет – можешь его сожрать.

Пантера подошла почти вплотную, её голодные глаза неотрывно следили за каждым движением охранника. Тот, не отрывая от хищницы взгляда, икнул и побледнел, так и не выпустив свой орган из пальцев.

– А теперь я уберу руку, и ты мне тихо расскажешь, где Ральф и есть ли ещё охрана в доме. Если понял – кивни.