— Все будет в порядке, не волнуйтесь, — я одобряюще улыбнулся. — Идите домой, проведите время с семьей и ни о чем не беспокойтесь. Сеньор Ривера не приедет в вашу деревню, ни сегодня, ни когда бы то ни было. Забудьте о нем, словно такого человека не существовало.

Во взгляде домоправительницы мелькнула безумная надежда, но в то же время недоверие. К тому, кто так легко может советовать забыть персону такого ранга, как Альфредо Ривера. С точки зрения простых селян он выглядел важной фигурой, могущественной и влиятельной, для которой ничего не стоить купить и продать жителей одной далекой деревеньки скопом или поодиночке. Почти небожитель, которого местным никогда не достать. И когда кто-то говорил, что о нем следует забыть, это вызывало недоверие.

Но для меня чилийский богач, да и любой другой в мире, был всего лишь человеком — набором костей и мяса, который можно убить. Убить, устранить, заставить исчезнуть. Неважно, сделать так, чтобы никогда больше не беспокоил. И подобное мировоззрение вызывало у обывателя страх. Невольно появлялись мысли: если он может сделать это с таким могущественным человекам, то что ждать нам, простым людям, для него мы и вовсе ничтожные черви, которые он может походя раздавить.

И появлялась опаска, быстро перерастающая в ненависть, потому что все время бояться невозможно. Именно на таких струнах играли СМИ разгоняя страх перед Проклятыми. Глядя в глаза Марии, я четко это увидел. Пока ярко горела надежда на спасение, но вскоре вполне могли появится боязнь и настороженность.

Впрочем, могу ошибаться. У меня с утра паршивое настроение, все вижу в негативном ключе.

Тренькнул лежащий на столе телефон. На экране высветилось входящее сообщение:

— «Мы на подлете».

Группа зачистки прибыла на место. Я взглянул на часы. Вовремя. Еще час-полтора на организацию засады, запуск дронов по маршруту следования цели, подтверждение и сам бой. К двенадцати ноль-ноль все должно закончится, прибудут вертолеты и заберут приглашенных спецов домой. После на счет каждого бойца капнет немалая сумма, эквивалентный официальной годовой зарплате спецназовца. Неплохой заработок за полдня работы.

Я встал, потянулся, не став допивать кофе и отправился в спортзал, устроенный в одной из дальних комнат виллы.

Есть два способа избавиться от дурного настроения. Первый — секс, второй — интенсивные физические упражнения. Учитывая обстоятельства от первого пришлось отказаться. Зато второй сейчас подходил больше всего.

Следующие пару часов я сгонял с себя пот на тренажерах, пытаясь избавить голову от лишних мыслей. Получилось неплохо и ближе к обеду я выходил на террасу посвежевшим после холодного душа с приятно уставшими мышцами.

— Хорошо, — глоток свежевыжатого апельсинного сока поднял тонус еще выше. Хотелось действовать, заняться чем-нибудь. Но подавший голос ноутбук напомнил, что сегодня есть и другие дела.

— «Запрос на соединение»

И ниже две прямоугольные таблички:

— «Разрешить» — «Отклонить».

Прекрасно, колумбийцы вышли на позиции и докладывают о готовности, предоставив канал аудио и видео-сопровождения предстоящей операции.

— «Разрешить», — я аккуратно нажал на кнопку.

Несколько секунд крутился значок загрузки, затем через динамики лэптопа на террасу вилы ворвались голоса мужчин.

— «Мы на месте, наблюдаем объект».

— «Время до подхода три минуты».

— «Сначала работаем по замыкающей, нельзя дать им уйти».

— «Принято».

— «Принято».

Говорили на испанском, очень быстро, я едва поспевал, через слово понимая сказанное. Беглый разговорный, но с каким-то региональным акцентом. Диалект незнаком, но понятен, что радует. Не хотелось пользоваться электронным переводчиком, машины часто не поспевают стремительно развивающимися событиями. А бой всегда скоротечен, особенно такой. Нельзя дать охране не единого шанса. Удар должен быть стремительным и смертоносным. Иначе цель может уйти.

Картинка на экране дернулась и стабилизировалась, судя по ракурсу трансляция шла с камеры, закрепленной на шлеме одного из бойцов. Внизу имелся выбор переключения между другими членами команды зачистки. Я нажал на командира, изображение сменилось. Стала видна часть грунтовой дороги, зажатой между деревьями.

— «Идут вражеские дроны. Всем затаится».

Не только военные использовали беспилотники для разведки, частные охранные агентства тоже пользовались технологическими игрушками, не доверяя человеческим глазам и ушам.

Этого ждали, поэтому подготовились. Экипировка колумбийского спецназа скрыла не только тепловой след, но и силуэт застывавших в джунглях фигур, сделав их незаметными.

— Адаптивный камуфляж, недурно, — я уважительно прицокнул. Похоже колумбийские власти не жалели средств для оснащения своих Сил специального назначения. А то, что снаряжение служило и для других целей, а не только для защиты государственных интересов дело уже другое. Все равно молодцы. Понимают, что лучше кормить своих, чем чужаков.