— Снаряды, снаряды, — пробормотал Матусевич и посмотрел на флаг-арта Кетлинского — тот неожиданно произнес, услышав адмирала:

— На китайском броненосце германские пушки Круппа, калибр и вес снаряда практически идентичен с нашими. Можно попробовать в отлив достать их из погребов, снарядить нашим порохом из арсенала, к тому же картузов у нас запас имеется. Разная баллистика, но так привести орудия к нормальному бою можно. Там запаса в погребах как раз хватит на «Полтаву» с «Севастополем». Да и сам броненосец поднять можно — в отлив подвести пластыри к пробоинам, откачать воду. Завести в большой док в Дальнем, у него размеры подойдут — меньше сотни метров в длину.

— Да ему в обед двадцать лет, — буркнул Матусевич недовольно, на что последовал быстрый ответ.

— Корабль строил германский «Вулкан», и добротно — все механизмы в порядке, ведь японцы не китайцы, у них дисциплина и выучка на высоте, и за всеми механизмами приглядывали. Самураи поставили новые шестидюймовые пушки, одну в носовой башне, три палубные установки со щитами. Требуется только заменить орудия главного калибра — они никуда не годны, да и снарядов к ним не будет, боекомплект ведь вынем. Из наших наиболее подходят девятидюймовые и восьмидюймовые пушки устаревшего образца, они меньше размерами. Последние легко встанут в барбеты, хотя вообще-то их лучше убрать и тем существенно облегчить корабль, и установить на месте 229 мм орудия — последние у нас имеются в наличии на береговых батареях. Получится вполне нормальный броненосец береговой обороны. Завести в док после «Чийоды», залатать пробоины и снять башни, или попытаться установить там пушки — при необходимости подойдут и с «Рюрика». Или с черноморских канонерок, или стволы с береговых установок приспособить, убрав купола барбетов полностью, а то и вообще сами броневые кольца демонтировать, вот только возня с ними долгая будет, лучше не трогать.

— А ведь вы правы, Казимир Филиппович, — неожиданно вмешался Вирен, — я немедленно сам займусь этим делом, да и Кутейникова попросим. Нам лишний корабль пригодится. «Ицукусиму» тоже поднять можно, повреждения на ней небольшие, это ведь «Мацусиму» переломило. Носовую 320 мм пушку убрать, можно нашу девятидюймовую вместо нее поставить, там на сто десять градусов сектор носового огня будет — как раз для береговой обороны подойдет. К тому же корабль французской постройки, что немаловажно, чуть больше двенадцати лет отслужил.

— Да и «Сайен» на Эллиотах притоплен. Поднять, сюда довести — корабль ведь германской постройки, еще нам послужит. Германские 210 мм орудия заменить на восьмидюймовые пушки Обуховского завода, опять же их с черноморских канонерок снять можно. В барбеты войдут легко, они и легче, и чуть меньше будут.

Матусевич где-то с минуту оценивал перспективы, потом посмотрел на «Ивате», что шел головным под адмиральским флагом. В принципе, вслед за «Чийодой», можно всех «утопленников» в док один за другим ставить, и после перевооружения главного калибра вполне себе боеспособными станут. Как раз отряд береговой обороны выйдет из трех боевых единиц, и вместе с бронированными канонерками вполне серьезная сила будет.

— Роберт Николаевич, сейчас отбиваться от японцев нужно, но снарядами озаботится в первую очередь. Да и корабли нам пригодятся, так что Лощинского я немедленно озадачу. К тому же после вывода «Баяна» из порт-артурского дока, туда можно «Чин-Йен» ввести — у него ширина такая же, в входные ворота пройдет. Так что будет и контр-адмиралу Григоровичу работа, пусть думают, как это трофейное корыто в нормальный броненосец береговой обороны превратить. Будем рассчитывать исключительно на местные средства, пока еще с Балтики помощь подойдет. О! Посмотрите, господа — никак «Асаме» от «Пересвета» досталось!

Действительно, на броненосном крейсере противника, что искалечил «Варяг», кормовая труба лишилась верхней половины. В носовой были заметны проломы, из которых густо валил клубами дым — тяга резко упала. Теперь «Асама» превратилась в «инвалида», которого и «Севастополь» догнать сможет. Но так этот броненосец в отличие от других русских кораблей имел почти полные погреба, получив снаряды с береговой батареи Электрического Утеса, которая давненько по вражеским кораблям не стреляла. Так что еще толком не оправившийся от ранения, но вернувшийся на свой корабль капитан 1-го ранга Бойсман мог не экономить снаряды, и его «Пересвет» сейчас «отдувался» за всю эскадру. И его десятидюймовые снаряды весом в два центнера с четвертью для броненосных крейсеров с дистанции тридцать кабельтовых были убийственны — любую броню меньше шести дюймов могли пробить со всеми вытекающими отсюда последствиями.

— Сражаемся до конца, господа. Стреляем, пока по десять снарядов на ствол не останется, а там только в заливе стоять будем как плавучие батареи. Надеюсь исключительно на «крупповские» двенадцатидюймовые, да на пушки «Победы», нам нужно вышибить хотя бы один броненосный крейсер. Сейчас ситуация такая что все на волоске зависло, а потому нельзя давать кораблям Того безнаказанно стрелять по Дальнему…

Матусевич осекся и непроизвольно вскрикнул — в оптику бинокля было хорошо видно как на отдалении «Аскольд» с «Дианой» и «Новиком» сражались с парой «собачек» и тремя подошедшими к ним на помощь малыми крейсерами. И те, оставшись без поддержки «Якумо», явно терпели ущерб, один вывалился и стал терять ход.

— Господа, судя по всему у неприятеля напрочь выбит «Акаси». Или «Сума», они очень похожи…

На палубе русского крейсера после боя с японцами — «богиня» выглядит скверно…

Глава 14

Японцы строили свои малые крейсера по «остаточному принципу» — все деньги уходили на броненосцы и броненосные крейсера, в постройке которых главное внимание уделялось именно эскадренным характеристикам, способности нанести русским кораблям максимальный ущерб своим огнем, а защита должна была выдержать ответные попадания вражеских снарядов. А вот с малыми крейсерами такой подход не сработал — их было нужно много, и ценой подешевле. Потому водоизмещение «ужимали» как только могли, обычно в районе трех тысяч тонн водоизмещения. И лишь быстроходные «собачки», заказанные на английских и американских верфях были чуть крупнее, но так и несли по паре пушек слишком тяжелого для малых крейсеров восьмидюймового калибра. Но и другие крейсера имели внушительный набор из 152 мм и 120 мм скорострельных орудий при наличии броневой палубы со скосами. Однако платой за столь высокие боевые характеристики при небольшой стоимости была недостаточная мореходность, как у всех японских кораблей того времени, и скорость, не превышавшая у двухтрубных крейсеров девятнадцати узлов, и лишь на последних трехтрубных «нийтаках» она достигала двадцати узлов. А еще имелась одна «ахиллесова пята», обусловленный конструкторский просчет, связанный с погоней за дешевизной — слабость корпусного набора, и это играло крайне негативную роль при попаданиях даже 120 мм снарядов, не говоря уже о шестидюймовых «бронебоях» и фугасах. Последних небольшая «Сума» нахваталась восемь — полудюжину с «Дианы» и пару с «Аскольда» — маленькому кораблю этого хватило с избытком. Еще один снаряд был помельче — всего 120 мм, и прилетел он с «Новика», но натворил дел — при разрыве был убит командующий 6-м боевым отрядом контр-адмирал Масамити Того и смертельно ранен командир крейсера капитан 1-го ранга Томоцу Цутия.