— Николай Иванович, вам надлежит подготовить к переходу канонерские лодки «Храбрый» и «Грозящий». Их необходимо перевооружить на шестидюймовые пушки Кане, вместо снятых пушек, привести вместе с «Нахимовым» и обоими «князьями» — «Донским» и «Мономахом».

Командующий посмотрел на контр-адмирала Небогатова, которого ему настоятельно «посоветовали» взять еще одним младшим флагманом, упирая на то, что как моряку ему цены нет, и действительно, организацию работ и перехода тот сумел поставить на должный уровень. Его отряд самый слабый, из старых фрегатов и канонерок, поставлен замыкающим — сейчас каждый корабль был настоятельно необходим на Дальнем Востоке.

— Я поведу главные силы — три старых броненосца и обе яхты — «Светлану» и «Алмаз». В каждом отряде будут транспорты снабжения с плавмастерской, и угольщики, которыми нас обеспечат на всем пути немцы.

Григорий Павлович замолчал — вести эскадру в полном составе было невозможно, зато переход малыми отрядами можно будет обеспечить на всем пути следования. Тем более, что каждую из групп Матусевич обещает встретить на траверзе Шанхая, а то и южнее, и взять там под охрану…

2-я Тихоокеанская эскадра пошла не в то время — ее нужно было отправлять или в 1903 году, собрав все что можно, и не уводя с Дальнего Востока броненосцы, или в 1905 году, в максимальном составе, с перевооружением всех кораблей…

Глава 37

— Вряд ли сейчас Хейхатиро Того пойдет на генеральное сражение у берегов Квантуна. Даже у Шандунга не станет драться — любое серьезное повреждение для любого корабля линии равносильно его потери, а их у него всего восемь осталось против наших девяти. И это сейчас стало понятно только потому, что армию генерала Ноги фактически списали в убыток, и совершенно правильно сделали — снабжать ее стало невозможно после боя седьмого числа, когда мы утопили «Асаму».

Матусевич ходил по мостику «Цесаревича» — эскадра впервые вышла в море в полном составе из пяти броненосцев и трех больших броненосных крейсеров. И сейчас шла отработка маневрирования, без чего успеха в морском сражении просто не будет. В первой дивизии шли «Цесаревич» с «Полтавой», вторую бригаду составляли «Пересвет» с «Ретвизаном», который шел концевым под флагом контр-адмирала Щенсновича. Четыре сотни двенадцатидюймовых снарядов если не полностью, то в значительной мере сгладили проблему боеприпасов главного калибра — на новых броненосцах на ствол приходилось по полусотне снарядов. На «Полтаве» вдвое меньше, но германских снарядов, снаряжение которых продолжалось в арсенале Порт-Артура. А вот на долю поставленного в док «Севастополя» вообще ничего — но так за месяц многое может измениться, лишь бы в лучшую сторону.

Контр-адмирал князь Ухтомский вел 2-ю дивизию, держа флаг на «Победе», за которой следовал «Рюрик». Быстроходные крейсера «Громобой» и «Россию» возглавлял оправившийся от ранений Рейценштейн, попросившийся снова на эскадру. Лощинский в Дальнем, Григорович в Порт-Артуре, Эссен на крейсерах — адмиралов на флоте хватало. И даже с избытком, учитывая целую очередь из заслуженных капитанов 1-го ранга, достойных по боевым наградам производства с вожделенными «орлами» на погонах. Так что нужно было подумать о будущем, памятуя о кадрах, которые требовалось «продвинуть» вперед — у всех имелся изрядный боевой опыт, причем в противоборстве с неприятельским флотом нисколько не уступающем русскому, но даже превосходящему по многим аспектам. Хотя понятно, что это вызовет стойкое неприятие Адмиралтейства — кому там захочется уступать «пригретое» годами место в кресле. Да и сейчас на русском флоте слишком много адмиралов, если считать по списочному составу — полторы сотни душ, почти столько же, сколько есть в Ройял Нэви, при несопоставимости количеству имеющихся в боевом составе кораблей.

— У японцев четыре броненосца, из них один 2-го класса, и четыре броненосных крейсера. И если последует несчастье, то проигрыш в войне неизбежен. Потому меня беспокоит «Фудзи» с «Ниссиным» — на них идут работы, хотя англичане формально их разоружили и интернировали. Думаю, какую-то пакость вскоре сотворят, и пожмут плечами — мол, японцы сами в море сбежали. Азиаты, им все соглашения по боку, а бритты просто не уследили. И кто потом в дураках останется после этого?!

— Похоже, но вы правы, Николай Александрович. Ведь смогли они как-то быстро убедить немцев, что поставка орудий недопустима, и кайзер отдал «стоп-приказ». Теперь мы можем рассчитывать только на свои силы, а они сейчас у нас не очень. Нет новых крупнокалиберных стволов, только старые девятидюймовые пушки, но и тех немного.

Вирен пожал плечами, как бы показывая, что изменить ситуацию нельзя. И тут ничего не попишешь — у немцев снаряды характерного калибра 240 мм и 210 мм, их применение сразу будет отмечено. У французов закупить орудия тоже не удалось, и даже тайком не купишь — «союзник» имеет слишком «характерные» пушки в 194 мм и 168 мм. Испанцы может быть что-то и продали, предлагали ведь броненосец «Пелайо», но у них просто нет пушек — после поражения в войне с американцами их флот сейчас находится в состоянии крайнего упадка, до сих пор пытаются достроить корабли, заложенные пятнадцать лет тому назад. У итальянцев не прикупить — у них соглашения с там же «Виккерсом» и «Армстронгом». У американцев 203 мм и 254 мм орудия имеются, и продать «из-под полы» за тройную цену согласны, деньги «не пахнут», как сказал один из римских императоров. Подводные лодки и миноноски для России сейчас строят, и плевать их дельцы на нейтралитет хотели. Но время, время уходит, пока доставят — весна следующего года начнется.

В собственном «богоспасаемом отечестве» в достатке есть только устаревшие восьмидюймовые пушки Обуховского завода, со стволом в 35 калибров, но и те снимают с черноморских канонерок. Полдюжины привезут в самое ближайшее время во Владивосток, и вторым рейсом в сентябре их доставят на «Ангаре» или «Лене». Пара уйдет на бронированные канонерки «Гремящий» и «Отважный», еще две установят на «Рюрике» к имевшимся четырем, и оставшиеся две штуки достанутся «Адмиралу Моласу» — так государь повелел именовать доставшийся трофеем «Сайен», бывший китайский броненосец береговой обороны.