До меня вдруг дошло, что именно она имела в виду. Поздно, очень поздно.

Даже обернуться не успела, только заметила, как дёрнулся в мою сторону мой сказочник, а затем почувствовала лёгкий толчок в спину, и меня обняли так нежно и аккуратно, что на сердце потеплело.

— Не бойся, всё хорошо. Я рядом, — успокаивающе прошептал на ухо Люций.

Я заметила, как его брат кинулся за кем-то в погоню.

— Отойди от неё, недомаг, — чуть ли не прорычал мой супруг.

Мне же не хотелось покидать тёплых ласковых объятий, и, повинуясь внезапному порыву, я чуть ближе прижалась к груди дикейского принца. Только удовлетворения мне это не принесло, так как краем глаза я заметила прямо над своим плечом наконечник клинка, с которого прямо мне на платье капля за каплей стекала алая густая кровь. Дёрнулась, чтобы посмотреть, в чём дело, но смогла лишь слегка повернуть голову направо.

Похоже, мой сказочник не хотел, чтобы я видела картину целиком, поэтому покрепче обнял, лишь давая понять, что кровь его, а предназначался удар в спину — мне.

— Вы нечестно играете, Ваше Величество, — сказал Люций.

Правительница побледнела и затряслась.

— Какая разница? Ты всё равно не можешь нарушить слова, — выдала она, набрав в грудь воздуха, чтобы побороть шок.

— Какого слова, дорогая? — наконец заинтересовался их перепалкой Ланс. — Что здесь происходит? Отправьте уже хоть кто-нибудь за лекарем. Регенерация регенерацией, но парень же так умрёт до конца аудиенции. — Он указал на меня, а вернее, на того, кто стоял за моей спиной. Раз даже правитель за него беспокоился, дело было плохо. — Люций, ты как?

— В порядке, — ответил мой спаситель. — Но нам нужно кое-что прояснить.

— Не вздумай! Ты не можешь! — заверещала правительница так, что пришлось закрыть уши руками.

Её фрейлины разбежались по углам и в страхе жались друг к другу. Ланс же и глазом не моргнул, спокойно наблюдая за происходящим.

— Хватит, — уже более спокойно и уверенно произнёс Филипп. — Я устал от этого цирка. Эй, ты! Немощный! — обращался он явно к оставшемуся без поддержки брата дикейцу. — Отойди от неё. Я сказал… отойди!

Внезапно стало холодно. Меня больше никто не обнимал, а за спиной будто каменная глыба выросла. Я резко обернулась и заметила, что Люция просто сшибло с ног и отбросило от меня толстенной стеной породы, взявшейся из ниоткуда.

И да, принц был ранен. Получил удар в спину клинком, которым явно метили в меня. Оружие пробило его броню, вошло сзади под лопатку и вышло из груди так, что самому его было не вынуть.

Пока он пытался подняться на ноги, Филипп снова оказался рядом и щёлкнул пальцами. Опять этот звук. И почему все используют именно этот способ высвобождения магии?

Вокруг нас тут же образовалось замкнутое пространство. Каменный короб без верха.

— Не делила, значит, постель? — Супруга трясло. Он был не в себе и смотрел на меня безумными глазами. — Давай-ка это исправим. Прямо сейчас!

Филипп попытался задрать юбку моего платья, но тут же получил очередной удар силой… Грея. Брат сделал так, как я того и хотела. Разве не этого я просила у него в письме? Чтобы ни один мужчина не мог больше ко мне прикоснуться. Стоило супругу подумать о чем-то более горячем, чем простое прикосновение, как его тут же наградило сильнейшим разрядом ментальной магии.

Я ничего не почувствовала. Воздействие было не физическим. Боль ощущал только он один. Причём самую настоящую. Это лишь напомнило мне о паре камешков берита, которые я спрятала во внутреннем кармане платья, так как они больно надавили мне под рёбра.

— Что за? — Диал схватился за голову и пытался вернуть себе способность соображать.

— Филипп! Приказываю тебе прекратить произвол! — прозвучал голос правителя где-то за стеной, но принца это не остановило.

Он снова стал надвигаться на меня. Что творилось снаружи, я не имела представления, но, судя по грохоту, там тоже было жарко. Насколько — я поняла буквально в следующее мгновение, так как до этого ледяная стена за моей спиной внезапно стала очень горячей, а затем её тряхнуло так, будто кто-то пытался пробить её с той стороны.

Помимо супруга, я знала только одного диала, обладающего такой силищей, — Алмор-младший. Порода нагрелась до такой степени, что стала едва заметного алого цвета и от следующего удара извне пошла трещинами.

Принц схватил меня за руку и резко дёрнул назад, пряча от тех, кто хотел ворваться в сотворённое им укрытие. Но такого же чувства защищенности, как когда это делал Люций, у меня не было и в помине.

Раздался хлопок, и огромная стена толщиной в два локтя грудой камней посыпалась на пол, поднимая в воздух клубы пыли и формируя прямо перед нами барьер.

— Не приближайся, скотина дикейская! — крикнул Филипп, глядя куда-то перед собой.

— Во-первых, я не из Дикеи. — Низкий командный голос незнакомого мне диала заставил насторожиться. — А во-вторых, если старший по иерархии велит тебе прекратить, то следует послушаться, малец.

Взвесь из мелких частиц породы осела, и теперь даже я могла видеть говорившего. Перед нами стоял высокий мужчина в военной форме. На правую руку он надевал белоснежную перчатку и всем своим видом давал понять: то, что сделал до этого, было ему неприятно.