— Есть немного, — пожал плечами, не вдаваясь в подробности.

Кем я только не был в этой жизни. Армия — она такая, научит всему, чего не знал. А не захочешь учиться, заставит.

— Ну вот и отлично, — завхоз вытащил откуда-то отвертку, я малость напрягся, но Борода велел мне спуститься на первый этаж и выкрутить пробки.

Я с радостью согласился. Возвращаться за парту и слушать басовитый голос завуча не хотелось. К тому же всегда предпочитал самостоятельно исправлять то, что сломал. Выслушав объяснения завхозу, куда идти и что делать, и напутствие не сломать чего-нибудь по дороге, я поднялся, улыбнулся недовольной Зое Аркадьевне, вопросительно глянул на Юрия Ильича, который тут же занял мое место рядом с завхозом, получил разрешение покинуть класс, и помчался на поиски электрического щитка.

Справившись с задачей, метнулся обратно в кабинет, где по-прежнему заседали учителя, слушая задачи, которые нарезала завуч.

— Десятый класс остался без классного руководителя… — как раз на этой фразе я ворвался в кабинет

— Позвольте вас перебить, Зоя Аркадьевна, — вежливо встрял в монолог административного работника.

— Что? — завуч сбилась с мысли и перевела на меня близорукий взгляд.

— У вас неверная информация, — уточнил я, двигаясь по ряду в сторону учительского стол.

— Позвольте узнать, какая? — растеряно уточнила Зоя Аркадьевна.

— Про десятый класс. У него новый классный руководитель, это я. И об этом Юрий Ильич объявил в самом начале нашего собрания, — еще шире улыбнулся я, останавливаясь возле стола и в упор глядя на Шпынько.

— Что? — завуч на пару секунд зависла, потом отмерла, слегка покраснела. — Да-да, конечно, Егор…. Э-э-э…

— Александрович — вежливо подсказал я.

— Да-да, Егор Александрович. Забыла, — тонкие губы раздвинулись в улыбке. — Но поскольку вы у нас молодой специалист, за вами будет строгий пригляд, пока вы не вольетесь в школьную жизнь. И не осознаете всей важности педагогической миссии, — торжественно закончила Зоя Аркадьевна и тут же от меня отвернулась. — Коллеги, к пятому сентября жду от вас списки классов с пометами классных должностей. К первому числу необходимо обновить все личные дела, привести в порядок классы. От каждого из вас, в том числе и от тех, у кого нет классного руководства, жду план воспитательной работы по четвертям и на весь учебный год. Возражения не принимаются, Григорий Степанович! — отрезала Зоя Аркадьевна. — Дальше… В прошлом году слабые ученики…

Я отключился от голоса завуча, снова вернувшись к проблеме.

— Отключил? — уточнил завхоз

— Так точно, Степан Григорьевич, — кивнул я.

— Молоток, — похвалил Борода.

— Ильич, все пучком, не переживай ты так, починим. Да, Его Александрович?

— Так точно, Степна Григорьевич, — машинально отрапортовал я. — Справимся. Сегодня и сделаем.

— Ну, добро если так, поднимаясь, вздохнул Юрий Ильич. — Вы уж н подведите, товарищи. Первое сентября на носу. Егор Александрович…

— Юрий Ильич, — раздался недовольный голос Зои Аркадьевны. — Позвольте мне закончить.

— Да-да, товарищ Шпынко, — закивал директор бочком протиснулся к первой парте и уселся. Тут же коротко кивнул, приглашая к себе. Я в ответ кивком указал на завхоза и, не дожидаясь ответа директора, нырнул под стол.

— Ты где это провод взял, а? — шепотом полюбопытствовал Борода.

— Так Митрич принес, — также тихо ответил я. — Он мне почти все запчасти раздобыл. Я из Академгородка только лампочки переключатель привез.

— Из Академгородка? — изумился завхоз. — Каким лешим тебя туда занесло?

— Да так… учитель у меня там работает… встретились в больнице, вот и помог.

— Это хорошо, — задумчиво буркнул Степан Григорьевич, и принялся орудовать отверткой.

— Ну как я и думал, — довольным тоном объявил, раскрутив подгоревший пластик. — Ну что Егор Александрович, — зыркнув в мою сторону, хмыкнул Борода. — Прикомандировываю тебя к себе на весь день. Покуда не починим беду.

— Так точно, товарищ Борода, — приложив ладонь ко лбу и козырнув, отрапортовал я. — Помочь? — уточнил у завхоза, который тяжело опираясь на руку начал подниматься с пола.

— Я тебе помогу, — процеди завхоз сердито. — Не маленький, чай, и не калека, — буркнул одноногий ветеран, выпрямляясь.

«Гордый, — уважительно подумал я. — Несгибаемый. На таких людях и держится земля русская».

— Пошли, — велел мне Степан Григорьевич и двинулся по проходу между партами к выходу.

— Степан Григорьевич! Я еще не закончила, — возмутилась Зоя Аркадьевна.

— Зоечка Аркадьевна, — широко улыбнулся завхоз, поворачиваясь к Шпынько. — Так вы продолжайте, не будем вам мешать. У нас, знаете ли, своих дел по горло, электричество починять надобно, — резко переходя на незамысловатую речь, закончил Борода, развернулся и продолжил свой путь.

Я шагал следом. Приказа остаться от завуча не поступило, а починка электричества во всей школе дело приоритетное. Потом выясню у девушек, чем все закончилось и что необходимо сделать, чтобы задобрить сурового завуча. Хотя тут даже идеально выполненная работа не поможет. Все равно найдет к чему придраться. Такой уж она человек, Зоя Аркадьевна Шпынько.

Баба Стеша рассказывала, что раньше Зоя была душой компании, запевалой и первой красавицей на селе. Сейчас, глядя на высокую гулю на затылке, глубокие морщины на лице, крупные руки в темных пятнах, с трудом верилось словам соседки. Но Степанида Михайловна врать не будет. Зоя Аркадьевна по ее словам, изменилась после того, как муж пропал без вести. Шпынько долго вдовела, поднимая сама троих детей. А потом выяснилось, что муж оказался в плену. В те времена особо н разбирались, сажали всех без разбору. Тех, кто имел несчастье оказаться на территории врага при отступлении или еще по какой причине.