Олег ещё раз посмотрела на пустую тумбочку, кинул взгляд на потёртое полотенце на спинке кровати, стоптанные дешёвые тапочки с рынка на девичьих ногах, топик и штаны, купленные в стоке. Заберёт он, как же…

– Не-а, – сказал он довольно, широко улыбаясь. – Лучше скажи, что тебе завтра принести?

– Борщ принеси, – огрызнулась Тина, – а то кормят здесь плохо.

– Давай прямо сейчас закажу, – сориентировался Олег. – Корчма здесь неподалёку, я часто там заказываю. Доставят горячим, остыть не успеет…

Только хотел предложить ещё что-нибудь к заказу – бефстроганов там неплохой, мясо с овощами, шницель… рыба есть красная, слышал, полезно при потере крови, – как услышал:

– Из корчмы я сама заказать могу, – уставилась на него Тина, со злостью дёрнув носом. А глазища-то какие… провалиться и остаться навсегда, до скончания веков. – Домашний хочу, настоящий, со сметаной, чтобы ложка стояла, с салом и чесноком!

– Задачка со звёздочкой, – усмехнулся Олег. Теоретически он умел готовить, практически… судя по ожесточённым спорам в интернете под рецептами борща – блюдо это приготовить сложнее рыбы фугу. – Будет тебе домашний борщ, – уверенно заявил он.

– Жду не дождусь, – фыркнула Тина и шагнула из палаты.

– Вкусно, – повторил который раз Олег, зачерпывая ложку наваристых щей.

Слушал неспешную, певучую речь матери, которая выкладывала новости одну за другой, пользуясь внезапным визитом сына.

Наконец-то доделали печь во дворе, обновили мангальную зону. Вчера испытала, щи томленые приготовила, как знала, что Олег приедет. На работе завал полный, ещё и Антон Семёнович – заведующий кафедры истории Церкви, которой отдала годы жизни профессор Калугина Елена Андреевна, – словно с цепи сорвался. Отцу необходимо в кардиологический центр на приём попасть, он отказывается, упирается. Всё молодится, хорохорится, будто таблетку бессмертия тайком выпил. Рассада в этом году хороша, любо-дорого глянуть, может и будет урожай по осени…

Мать могла нанять несколько домработниц, садовника, повара, но на свою территорию никого не пускала, впрочем, как и отец. В случае, если не хватало сил на сложную физическую работу, требовал – не просил! – помощь сыновей. Никому в голову не приходило отказываться, так у них было заведено.

– Я всё рассказала, теперь твоя очередь, – мать подпёрла ладонью щёку, посмотрела внимательно на непутёвое чадо, выпившее не один литр родительской кровушки.

– Чего рассказывать? – пожал плечами Олег. – Всё по-старому. Служба, дом, Финика на профилактический осмотр к ветеринару водил. Правда, Финик? – посмотрел на пса, вальяжно растянувшегося посреди просторной кухни, выходящей большими окнами на цветник, который вот-вот вспыхнет яркими всполохами.

– Борщ тебе зачем понадобился? – мать скосила взгляд на плиту, где доготавливалась кастрюля супа.

– Сказал же, соскучился по твоей еде. Ты же у меня лучше всех готовишь!

– Последнее предложение запомни и почаще повторяй жене, когда женишься, – кончиками губ улыбнулась, давая понять одним взглядом, что в версию о внезапно вспыхнувшей любви к материнской стряпне не верит нисколечко.

То месяцами не зазвать домой, хоть супами, хоть пирогами заманивай, а сегодня вдруг понадобился борщ. Чудеса, да и только!

– Ладно, – вздохнул Олег, решив сдаться на милость победителя, всё равно допытается, только времени больше уйдёт. – Девушка одна попросила принести ей борща. Домашнего, со сметаной, чтобы ложка стояла, с салом и чесноком, – повторил слова Тины, не замечая, как улыбается.

– Девушка? – мать приподняла брови, не утруждая себя скрытием довольной улыбки.

Господи… сейчас начнётся…

– Что за девушка?

Ох уж этот азартный блеск в глазах! Олег услышал, как в голове матери зазвучал марш Мендельсона, увидел, как воображение рисовало счастливо женатого, остепенившегося младшего сына. Самыми младшими были сёстры, в этом году оканчивали школу, им предстояло получать образование, рано было говорить о семейной жизни. Олег же оставался последним из сыновей, который никак не хотел осуществить матримониальные планы родителей. Отказывался связывать себя узами брака, ему свободным хорошо жилось, беспардонно отлично.

– Обычная девушка, – ответил Олег.

– И ты ради просьбы обычной девушки проехал триста километров в одну сторону? – хитро улыбнулась мать.

– Ну да, мне не сложно, – дёрнул плечом Олег.

– Чего тебе не сложно? – спросил отец, заходя в кухню.

Финик поднялся с места, прошлёпал к генерал-полковнику в отставке, приветственно боднул в ногу, принял машинальное почёсывание по покатому, большому лбу, вернулся на исходную позицию – развалился поперёк кухни.

– Жениться тебе давно пора, детей рожать, а не с образиной этой нянчиться, – вопреки собственному же жесту пробурчал отец, глядя на Финика.

– Не слушай его, Финюшенька, – проворковала мать, глядя с улыбкой на флегматично прикрывшего глаза пса, дескать, не задевают меня ваши нелестные высказывания, знаю, что говорите любя. Потому что, как такого расчудесного парня не любить. – Дедуля старенький, перепутал что-то. Может и женится Олежек, – лукаво протянула, глянув на сына, переводя тему. – Девушка попросила домашнего борща, он и примчался… – взглядом показала на плиту.

– Какая девушка? Сколько лет? Чем занимается? Давно у вас? Серьёзно? – начал допрос генерал.