Их закружило, споено в водовороте. Треугольный парус обвис м пропал. Серые облака стали прозрачными. Суденышко стояло на каменистом плато; далеко внизу зеленела долина.

Увидев выражение лиц Джерри и Корума, Болорьяг усмехнулся — У меня мало удовольствий в жизни, — сказал он, — и одно из них — пугать пассажиров. Не думайте, что я сошел с ума друзья мои. Мне грустно, одиноко и не от кого ждать помощи.

Корум и Джерри с трудом вылезли из крошечного кораблика. Вадагский принц огляделся и увидел в отдаленье высокие разноцветные камни, стоявшие группами и поодиночке. Казалось, они были расставлены кем-то а определенном порядке.

— Как странно, — пробормотал Корум.

— Жители этой страны выращивают камни специально, пояснил Болорьяг.

— Зачем?

— Чтобы провести время в замятиях искусством, которое, с их точки зрения, не хуже и не лучше других искусств. С той же целью они роют глубокие ямы.

— Понятно, — несколько неуверенно произнес вадагский принц. — Скажи, рыцарь Болорьяг, а почему ты высадил нас именно здесь?

— Временные координаты Страны Камней и Пятнадцати Измерений совпадают.

Скоро произойдет Слияние Миллиона Сфер, и вам лучше всего находиться в своем столетии. К тому же сюда часто прилетает Башня, которую многие называют Исчезающей. Она с легкостью преодолевает барьеры между измерениями. Впрочем, твой друг, Тимерас, сможет рассказать тебе о ней больше, чем я. Джерри кивнул.

— Я понимаю, о чем ты говоришь, Болорьяг. Но это опасно. Войти в Исчезающую Башню нетрудно, но покинуть ее практически невозможно. Ты ведь знаешь…

— У нас нет другого выхода, по крайней мере мне он не ведом. Если вы хотите вернуться на свое измерение, необходимо рискнуть.

Джерри пожал плечами.

— Тебе виднее.

Болорьяг протянул вечному страннику свернутый в трубку пергамент.

— Возьми карту. Правда, она довольно примитивная, так как я никогда не интересовался географией, но на ней указано место, где появляется Исчезающая Башня.

— Мы оба очень признательны тебе, рыцарь Болорьяг, вежливо сказал Корум.

— Оставьте свою признательность при себе. Но если вы когда-нибудь узнаете, почему я сначала с легкостью попал сюда, преодолев барьер между тысячелетиями, а сейчас никак не могу вернуться, и если ты, Тимерас, скажешь мне об этом при нашей следующей встрече, я буду считать, что мы квиты.

— Я запомню твою просьбу, Болорьяг.

— Тогда прощайте, — Он склонился над шаром, и на мачте вновь появился треугольный парус, наполнившийся невидимым ветром. Кораблик и его рулевой растаяли в воздухе.

Корум задумчиво уставился на высокие разноцветные камни, а Джерри тем временем развернул карту.

— Нам надо спуститься в долину, — сказал он. — Пойдем Корум, не будем терять времени.

Они тронулись в путь, но буквально через минуту их окликнул сверху высокий голос. Два друга в изумлении подняли головы и увидели, что за ними, ковыляя, бежит Болорьяг.

— Корум! Тимерас, или как тебя там! Подождите!

— Что случилось? — спросил вечный странник.

— Я забыл сказать тебе одну вещь, принц Корум. Если в течение завтрашнего — и только завтрашнего — дня ты попадешь в безвыходное положение, иди туда, где разразится гроза в тиши. Ты меня понял?

— Гроза в тиши? Это еще что…

— Мне некогда вдаваться в подробности — ветер времени может перемениться в любую минуту. Войдешь в центр грозы, вытащишь хрустальный нож, который дала тебе леди Джейн. Когда в него ударит молния, громко позови Эльрика из Мельнибонэ; потребуй, чтобы Трое соединились в Одном. Третий — герой со многими именами — присоединится к вам позже.

— Откуда ты все это знаешь? — спросил Джерри, держась за выступ скалы и стараясь не смотреть вниз.

— Тебе не все равно? Запомни, что я сказал, принц Корум. Гроза — нож слова. Не перепутай!

Корум, не особенно поверивший в то, что услышал от беспокойного старичка, но не желая обижать его, крикнул в ответ:

— Не беспокойся! Я не забуду!

— Вот и прекрасно. Прощайте еще раз! — Болорьяг поднялся на каменистое плато и исчез.

Спустившись в долину, Джерри и Корум в изнеможении растянулись на мягкой траве. Они лежали не шевелясь, глядя на серое небо.

Корум первым нарушил молчание.

— Ты можешь объяснить, что имел в виду Болорьяг? спросил он.