По мне, так это замах на рубль, а удар на копейку. Нельзя сливать такую многообещающую завязку! Хичкок нам этого не простит! Да и страха я от них хапанул совсем чуть-чуть. А скоро он сменится злобой, чья энергия мне совсем не по нутру.

Тянусь к своей сфере энергии и выпускаю чуть-чуть. Чтобы только вспомнить слышанную когда-то детскую считалочку с синхронным переводом на японский язык. И начинаю тихонько напевать в окружающей тишине.

Раз, два, три, четыре, пять,

Я иду тебя искать.

Как найду тебя — беги:

Вырву сердце и кишки.

Могут ли замершие по стойке смирно люди остолбенеть? Оказывается, могут.

Раз, два, три, четыре, пять,

Я сошёл с ума опять.

Скоро буду убивать,

Три, четыре, шесть, семь, восемь,

Не увидеть тебе осень.

Люди на остановке начали куда-то уходить.

Раз, два, три, четыре, пять,

Начинаю я играть.

Скоро будет жертвы три,

Заготовлю алтари.

Расходящиеся спокойным, не привлекающим лишнего внимания шагом люди вдруг резко ускорились и пропали из видимости.

Слюни ты свои утри.

Разжалобить меня не сможешь,

Неужели жить так хочешь?

Разобью тебя я оземь

И добью-ка топором.

Слышишь? Пусто ведь кругом.

Опешившие от моего перфоманса школьники вдруг осознали, что вокруг них разверзлась пустота.

Раз, два, семь, четыре, три.

Ты на месте-ка замри.

Скоро будет крови много.

Не избежать тебе урока.

Перенаправляю всю поглощаемую энергию страха на воплощение своей ауры. Интересно. В таком состоянии я могу видеть, что происходит за спиной. А там на скамейке выпучив глаза застыли три совсем уже не крутых гопника.

— К вашему сведению, — тихо говорю им, — я никогда не сидел на игле. И мне не нравится, когда мою внешность обсуждают у меня за спиной.

Поднимаюсь.

— Меня зовут Китано Сэйитиро, защитник Хекикуу, — медленно поворачиваюсь, улыбаясь, — а как ваши имена, смертники?

Три быстро удаляющихся вопля слились в один.

Чёрт. Я перестарался. Причём во всех смыслах. Во-первых, на воплощение ауры я потратил больше энергии, чем взял от них. Это, кстати, объясняет, куда делась энергия, полученная от маньяка. Значит, ауру нужно использовать только для самозащиты. Пугать ей для сбора энергии бесполезно.

Во-вторых, кажется, я сломал канон этого эпизода. Ведь как должно было быть — они сначала назвали имя своей школы — Хакююн, но, увидев, что Китано их не боится, убежали. Потом поняли, что если об этом узнает их босс, то прибьёт, за то, что опозорили школу. Взяли бокены — деревянные тренировочные мечи и пошли искать Китано. Но напоролись на Такехису, огребли от него, но смогли справиться, ударив сзади. Китано тем временем, случайно находит кошелёк защитника Хакююн и идёт в ту школу, отдать его. Это воспринимают, как акт возмездия ну и завертелось.

А теперь что? Крайне маловероятно, что эта троица пойдёт искать меня в Хекикуу. Значит… значит просто я сразу перепрыгну на следующий этап сюжета и сам пойду искать их в Хакююн.

Тем временем в маленьком парке, после спринтерского пробега длиной в пару автобусных остановок, трое старшеклассников пытаются отдышаться.

— Ох!

— Вот дерьмо!

— Так вляпались!

— Оказывается, слухи не так преувеличены, как я думал, — признаёт рассказчик.

— Скорее наоборот!

— И что теперь?

— Он будет нас искать?

— Спокойно! Мы не сказали из какой мы школы!

— Но мы ездим с ним на одном автобусе!

— Он же не серьёзно говорил про кровь и кишки? Это же какая-то детская считалочка?

— Ты думаешь, нам легче от того, что он всё детство играл в игры с такими считалочками?

— А его лицо? Если человек с таким лицом спокойно сообщает, что сошёл с ума и опять будет убивать?

— Так! Спокойно! У нас есть свой защитник!

— Правильно! Расскажем всё Кодзиме-сану! Пусть он с ним разбирается!