Я отправила Меррика и Фауста подождать в гостиную, поскольку они настояли на том, чтобы следовать за нами до самой комнаты. Очевидно, они всерьез намеревались внимательно следить за мной. Как бы сильно это ни раздражало и не нервировало меня, я не могла не чувствовать себя немного в большей безопасности, зная, что у меня есть глаза, следящие за вещами, на которые я не обращаю внимания.

Двенадцати месяцев было недостаточно, чтобы избавиться от ощущения, что за мной кто-то наблюдает. Кто-то… охотится на меня.

В прошлый раз они промахнулись, вместо этого убив не того Харкера. Я не могу позволить себе быть застигнутой врасплох, так что пока придется смириться с двумя задумчивыми мужчинами. К счастью, они оба были одеты просто отлично для похода в клуб, особенно в такое место, как «Ру». Дресс-код был довольно строгим. Мужчины должны были носить костюмы, а женщины одеваться как куклы. Или они могли бы надеть костюм, если захотят. В тот момент вечером я и сама серьезно обдумывала это.

Трикс одела меня в красное платье, такое темное, что могло сойти за черное. Ткань была такой тонкой, что казалось, будто вода стекает каскадом по моей бледной коже. Оно доходило мне до середины бедра и бретельки были невероятно тонкими, но спина была не такой открытой, как я думала, а остальное прикрывали мои волосы. Я беспокоилась, что эти шрамы будут видны, но платье вполне подойдет.

Я сочетала платье с ботинками на шнуровке до колен и расправила свои длинные светлые волосы, превратив их в гладкую жемчужную завесу. Трикс пыталась уговорить меня надеть его, чтобы показать мою шею, но я знала, что это вызовет только вопросы, так как там все еще были видны отпечатки пальцев моего отца. На Трикс было миниплатье королевского синего цвета и кружевное колье, которое красиво сочеталось с ее черными как смоль волосами, делая ее похожей на сказочную готическую принцессу. Нам потребовалось всего полчаса, чтобы закончить наш макияж — ярко-красные губы и черная подводка для меня, матовая черная помада и блестки вокруг зеленоватых глаз для нее. Мы не выглядели ни в малейшей степени родственниками, учитывая тот факт, что на самом деле мы были двоюродными сестрами со стороны моей мамы. Большую часть своей внешности я унаследовала от Элоди, но глаза у меня были мои собственные. Они были темно-каштанового цвета, и я предположила, что они достались мне от моего биологического отца.

— Итак, когда мы поговорим о мужчинах-моделях в моей гостиной? — Нахально спросила Трикс, прислонившись к туалетному столику и скрестив руки на груди, пока ждала, пока я закончу.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь. — Я фыркнула, борясь с улыбкой.

— Чушь собачья, сука. Твой отец, должно быть, сошел с ума.

У меня возникло желание поправить ее и сказать, что Райан Харкер не был и никогда не будет моим отцом. Непреодолимое желание отделиться от него нарастало с каждым божьим днем. Теперь, когда я знала, что у нас нет общей ДНК, мне нужно было подтвердить это. Я боролась с желанием, никоим образом не готовая к этому откровению, меняющему жизнь.

— Они придурки, но кажутся достаточно способными. — Я пожала плечами. — Не такие, как предыдущие…

Переведя взгляд на нее, я увидела, как смягчилось ее лицо.

— Что с ним все-таки случилось?

В моем животе образовалась пустота, когда я вспомнила последующие дни.

— Я стараюсь не думать об этом. Больше о них ничего не слышала. Наверное, ты можешь поблагодарить за это Ри-моего отца.

Я вздрогнула, подумав о том, что случилось с моими старыми телохранителями. Они оба были старше, им перевалило за пятьдесят, и до пенсии оставалось всего несколько лет. По большей части они мне нравились. Я привыкла к их вечно маячащим теням, и они всегда оберегали меня. Но в тот день…когда взорвались бомбы и те пули изменили все…

— Хорошо, — сказала Трикс, хлопнув в ладоши, вырывая меня из мрачных воспоминаний. — Давай сделаем это дерьмо. Брайан и Кейд уже на «Ру», но они не могут попасть туда без тебя.

Я фыркнула.

— Я действительно начинаю думать, что меня здесь используют.

— Заткнись. — Она отмахнулась от меня.

Мы нашли парней в гостиной, они неловко стояли вокруг. Я предполагала, что мне должно было быть немного жаль их, но я действительно этого не чувствовала. Это было то, на что они подписались. Однако я внезапно больше, чем когда-либо, осознала, что у меня обнаженная кожа. Сначала я встретилась взглядом с Мерриком, когда он окинул меня с головы до ног. Я ожидала увидеть в нем похоть, то, как обычно реагировал на меня каждый мужчина, которого я когдалибо встречала в своей жизни, но не было ничего, кроме ледяной отстраненности. Я не знала, было ли это вынужденно или нет, но от этого у меня неприятно сжался желудок.

Фауст, не глядя на меня, направился к двери и открыл ее, пропуская нас всех к выходу. Когда я хотела пройти мимо него, сильная рука схватила меня за руку, заставляя остановиться. Я подняла глаза, готовая наброситься на него за то, что он прикасался ко мне так, как будто имел на это какое-то право, но от взгляда этих темных глаз у меня быстро пересохло во рту.

— Ты думаешь, это разумно выставлять себя напоказ перед вампирами, Сиренити? — Он говорил достаточно тихо, чтобы Трикс не услышала. Она была уже на полпути по коридору, но Меррик задержался.

— Я не ребенок. Я могу гулять и наслаждаться жизнью, если захочу.

— Это безрассудно и эгоистично. — Пробормотал он, сильнее сжимая мой бицепс. — Ты подвергаешь риску свою кузину.

Мои глаза сузились при виде пальцев, сжимающих мою кожу, разум отключился. Внезапно я увидела синяки, почувствовала жар, боль и пульсацию. Он резко отпустил мою руку, заставив меня пошатнуться, но поддержал, положив руку мне на бедро. Это прикосновение снова обожгло меня таким сильным холодом, что я чуть не отпрянула. То, как он смотрел на меня, заставило меня задуматься, что именно здесь происходит. Я наблюдала, как его взгляд боролся с желанием опустить глаза вниз, а пальцы напряглись.