Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять смысл его слов. Потеряли? В смысле… они погибли? Судя по выражению лиц остальных, так оно и было.

— Раньше мы выбирали новобранца для данного опасного предприятия случайным образом. Но в этот раз решили, что вы выберете первого всадника сами. Вы начнёте новую традицию.

Драконы перестали летать по кругу и снова взмыли над нашими головами, повернувшись в этот раз вокруг своей оси, так что их седоки на некоторое время повисли вниз головой. Я ахнула, подумав, что мне придётся делать то же самое. Уже только от одной мысли об этом голова шла кругом.

— До вечера у вас есть время на то, чтобы принять оба решения. Помедитируйте, отдохните и хорошенько поужинайте. Вам потребуются все силы, в том числе и умственные. Ритуал отнимает много энергии, и сделанный выбор определит дальнейшую судьбу. Да воссияет над вашей головой солнце. Встретимся в дракастре после восьмого удара колокола. Если опоздаете или не придёте, выбор будет сделан за вас. Вы станете слугой в школе. Как бы там ни было, любой ваш труд будет цениться.

Два мастера развернулись и ушли, и на полукруге воцарилась тишина. Чуть погодя мы переглянулись. Стари поднялась со своего места и, проходя мимо, толкнула меня плечом.

— Я поставлю на тебя, хромоножка, — громко заявила она. — Если только ты не сделаешь правильный выбор.

Следовавший за ней Джаэль пожал плечами.

Я сдержала себя, чтобы не огрызнуться в ответ. Если я хотела доказать её неправоту, очень скоро мне предоставят такой шанс. Больше всего меня обидели не слова Стари, а то, как повели себя остальные. Никто из них не посмотрел в мою сторону. Даже Саветт и Тамас. Если сегодня вечером я решу связать себя узами с Раолканом, нетрудно догадаться, чьё имя они напишут на бумажках. Стать небесным всадником значило пройти испытание первого всадника, которое в половине случаев оканчивалось смертью. Насколько сильно я хотела летать на драконе?

Глава одиннадцатая

Когда я спустилась по лестнице, в дракастре никого не оказалось. Наверное, ученики последовали данному им совету и отдыхали, медитировали и ели. Моему желудку становилось плохо, когда я представляла себе, как в огромном обеденном зале все будут на меня пялиться. Чужое сомнение могло подкосить мою уверенность в себе. Я шла по краю — но подальше от пещер. Не будем повторять утренний инцидент. Я почувствовала небольшую дрожь в теле, вспомнив того зелёного дракона. Только представьте: прыгнуть на спину подобного зверя! А если он сбросит? Будет ли пытаться? Насколько быстро получится застегнуть все эти ремни на седле?

Я остановилась у одной пещеры, рядом с которой на крючке висело седло. Самым мудрёным элементом во всём этом хитросплетении ремней оказалась портупея: в неё входили ремни на талию, плечи и бёдра. Кажется, застёгиваться придётся долго, но у Ленга таких не было, когда он спрыгивал со своего дракона. Все ли всадники носят её или она только для новичков?

Я направилась дальше, позволив себе погрузиться в думы насчёт прыжка — но только я, скорее всего, чебурахнусь — со скалы на спину дракона. Я могла себе представить, чего мне это будет стоить. Вот шлёпнусь я на шершавое скользкое седло. А дальше что? Удастся ли мне пристегнуться? Вдруг Раолкан попытается меня скинуть?

Что значит попытается? Я бы сбросил тебя в ту же секунду, если бы захотел.

Я незаметно для себя дошла до его пещеры и, откинув полог, увидела, что его не стали загонять в один угол, как в тот раз, когда надо было убраться в стойле.

Я могу свободно перемещаться, насколько мне позволяют. Волен сидеть, грустить и скучать. Зачем ты пришла?

— До вечера мне нужно решить, кем я хочу быть: всадницей или служанкой, — мне показалось, что говорить с ним вслух будет более уважительно, когда мы вот так стояли друг напротив друга.

А ты сомневаешься?

— Остальные думают, что я умру, упав со скалы в попытке сесть на тебя.

Вполне вероятно.

Я подавила приступ страха. Одно дело просто думать о нём, и совершенно другое — озвучить его, да ещё и услышать, как твой собеседник с тобой соглашается. Глазам стало горячо от выступивших слёз.

— А ещё они думают, что ты просто сбросишь меня.

Драконы не отличаются добротой. Особенно те, что проведут всю свою жизнь в неволе.

Что ж, на этот счёт я не ошиблась.

— Больше всего меня именно это и беспокоит. Если я решу стать твоим седоком, не усугубит ли моё решение твоё закрепощение?

Если им станешь не ты, то это будет кто-то другой.

— Но вдруг я погибну? Что тогда будет с тобой?

Раолкан долго не отвечал, так что я села рядом и коснулась его гладкой щеки. Чешуйки грели пальцы, но не обжигали. Магия явно не давала ему выбраться отсюда, хотя явных признаков её присутствия я не наблюдала.