Так что, выбравшись со склада, Гарик просто пробил номер второго автомобиля, того, который покинул промзону вместе с машиной Мельникова. Владельцем оказался некий Николай Гаврилов. Уже это имя показалось знакомым – Форсов помнил, что Гаврилова упоминали в истории, связанной с семьей Мельниковых, но мельком, и тогда он не имел большого значения.

Вспоминать, когда же и почему о нем говорили, не пришлось, Гарик явился на отчет с полным набором данных, тех, что были в общих базах и отражали легальную сторону жизни Николая Гаврилова.

Тогда и стало очевидно, когда его упоминали. Много лет назад Гаврилов был первым бизнес-партнером Клары Сафроновой. Он в личных отношениях с ней не состоял – по крайней мере, женаты они не были, а уж какие о них ходили слухи – за давностью лет и не узнаешь. Но работали они вполне продуктивно, Клара была руководителем компании, Гаврилов – ее заместителем.

Он занимал эту должность и после того, как Клара вышла замуж и в истории появился Вадим Мельников. Сначала Гаврилов стоял выше него в иерархии компании, потом роли чуть сместились, но было видно, что Клара своему заместителю доверяла и расставаться с ним точно не собиралась.

Зато Вадим расстался без особых сомнений. Когда жена погибла, а он начал реструктуризацию компании, он первым делом дал пинка под зад давнему партнеру Клары. Официальные документы не сохранили никаких сведений о том, как отреагировал на это Гаврилов, но догадаться не так уж сложно.

Впрочем, человек с такой деловой хваткой не мог просто пойти на дно. Он основал собственную компанию и постепенно вывел ее на впечатляющий уровень. Формально он занимался логистикой и грузоперевозками. Это отлично сочеталось с куда менее законным занятием, которое случайно обнаружил Гарик.

– Его нужно проверять по полной! – объявил младший профайлер. – Мне самому этим заняться? Или Матвея в помощь отгрузите? Но он может разозлиться из-за того, что я не прихватил ему со склада чучело хомяка – мне кажется, это его тема.

– Ты уже кота ему притащил.

– Во-первых, не чучело. Во-вторых, Матвей – ябеда, насколько это профессионально допустимо для профайлера?

– Вы оба не будете заниматься делом Гаврилова, – сказал Форсов, игнорируя вопрос. – По крайней мере, сейчас. Для вас есть задание поважнее.

– Что уже случилось?

– Сегодня состоится празднование годовщины клуба «Дольче Вита». В прямом эфире.

– То самое празднование, которое Таисе вроде как удалось отменить? – удивился Гарик. – Что пошло не так?

– Таиса действительно беседовала с основательницей клуба, Анной Пашечкиной, и та согласилась все отменить. Но потом она явно изменила мнение, потому что все состоится по прежнему графику.

– Девочка не затупила, девочка передумала! – манерно произнес Гарик, явно подражая неизвестной им Пашечкиной.

Николай не сомневался, что Таиса никаких ошибок не совершала. Да, она еще не такой хороший психолог, как Матвей и уж тем более сам Форсов. Но она умеет убеждать – и умеет отличать правду от лжи. Есть люди, которые могут обмануть ее, но Анна Пашечкина, судя по ее соцсетям и образу жизни, явно не из их числа.

Так что в момент, когда основательница клуба соглашалась все отменить, она была честна, она верила Таисе – она испугалась! Но потом она зачем-то решила подумать, и это привело к печальному результату. Форсов понятия не имел, какой аргумент она нашла, чтобы отмести угрозу: происки конкурентов, интриги заклятых подруг или еще что-нибудь. Какая разница? Значение имел лишь результат: несколько десятков человек оказались в смертельной опасности.

– Для вас троих задачей первостепенной важности становится предотвращение нового теракта, – объявил Форсов.

– Почему бы не привлечь к этому полицию?

– Потому что нет оснований. Мы не представляем, что именно произойдет, когда, к чему готовиться. Было бы проще, если бы владелец выступал на нашей стороне. Но Вадим Мельников активно противодействует своему спасению, да и с директором «Эвдемонии», Кареном Киносяном, договориться не удалось. Мы даже сами не можем быть уверены, что правы и все распознали верно. У нас только и есть, что домыслы и анализ предыдущих происшествий. Ты прекрасно понимаешь, что двух случаев слишком мало для выявления более-менее достойных доверия паттернов.

Гарик наконец прекратил ухмыляться:

– А еще я понимаю то, что, если мы все-таки правы, люди могут умереть в ситуации, когда их очень легко спасти!

– Вот именно. Отправляйся к Матвею, Таиса уже там. Обсудите, что можете сделать, и действуйте. Гавриловым займусь я.

– Так точно, босс!

Николай понятия не имел, что они будут делать, планирование он оставил им, решив, что Матвей способен его подменить. В других обстоятельствах Форсов не стал бы отстраняться от такого, но теперь появилось новое имя: Николай Гаврилов. Обеспеченный бизнесмен с международными связями, в том числе и нелегальными. Тот, у кого явно есть причины ненавидеть Вадима Мельникова. При таком описании он определенно тянул на человека, способного устроить сложную вендетту, не просто навредить Вадиму, а сделать это через тот самый бизнес, который Мельников когда-то отнял у Гаврилова. Форсов понимал, что эта теория не сшита даже, а кое-как стянута белыми нитками. Но если есть хоть какой-то шанс, что именно Гаврилов нанял семью Валерьевых, нужно эту версию проработать. Форсов по-прежнему считал, что остановить наемников такого уровня куда проще через организатора, чем через прямое противодействие.